— Да ладно тебе сопли размазывать! — прикинувшись тюленем, я беспечно развалился на сидении. — Я сейчас в Речном выйду, а тебя Георг подбросит куда нужно.
— Ты это специально, да?
Варя казалась такой растерянной, что мне даже жалко её стало: не знай я, что Ромыч обычный парень, я бы и сам с этим Георгом никуда не поехал.
— Вот мне заняться нечем! И вообще, Варь, — прогнав прочь жалость, я деланно размял шею. — Тебе надо было — так и сказала бы водиле. Вечно ты свою головную боль на других скидываешь.
— Как у тебя всё просто! — в слепом отчаянии вскрикнула Скворцова и со всей дури вмазала по спинке впереди стоящего кресла.
— Э, кукла! — тут же прорычал Ромыч, подливая масла в огонь. — Ещё раз на ласточку мою замахнёшься — за ночь не рассчитаешься! Доходчиво говорю?
— Митя-я-я! — промычала Скворцова, смахивая рукавом слезы. — Я с ним никуда не поеду! Да он из таких, как я дурочек, котлеты вертит! Посмотри на его машину – это же…
— Эй, Скворцова, — перебил я нездоровую фантазию Вари. — Вызови себе такси по вкусу, в чём проблема?
А проблема была в том, что в непогоду здесь ни черта не ловило, но Мартешка, разумеется, об этом не знала.
— Да! — нервно закивала Варька и полезла в сумочку за мобильным.
И пока она отчаянно пыталась найти связь там, где её нет, Ромыч притормозил у массивного шлагбаума в Речное – дальше пешком!
— Лады, — стараясь не смотреть на Варю, я протянул Шмелю честно заработанное и ухватился за ручку дверцы.
Не спешил. Смаковал каждое мгновение. Ждал, когда Варя в очередной раз попадётся на крючок. И она попалась…
— Не уходи! — Скворцова практически повисла на моей груди, сминая тонкую ткань белоснежной сорочки, как туалетную бумагу. — Не оставляй меня!
— Прости, Матрёшка! — с наигранным сожалением я покачал головой. — Дальше сама как-нибудь, лады? Меня пацаны ждут!
Я толкнул от себя дверцу авто, впустив в салон глоток смолистого вечернего воздуха. Не раздумывая долго, выбрался на улицу и не оборачиваясь почесал в сторону Лехиного коттеджа. По моим расчётам, мне оставалось сделать не больше пяти шагов, прежде чем Варя меня догонит.
«Один. Два. Три».
За спиной послышался резкий хлопок — иначе дверцы в доисторической «девятке» попросту не закрывались.
«Четыре. Пять».
Перепуганный голос Вари снова заставил меня улыбнуться.
— Делай что хочешь, Митя, но я иду с тобой! — прокричала она в темноте, а я довольный замер на месте.
— Клац! — произнёс я одними губами, пока Варя пыталась меня догнать. Глупый мышонок бездумно бежал за кусочком сыра, словно не понимая, что за всё нужно платить! Что ж, Скворцова, твоя личная мышеловка сработала!
Глава 8. Мамина дочка
Варя.
Широкие плечи, горделивая осанка, походка уверенная и четкая — Митя точно знал, куда шел и зачем приехал. Я же вилась за ним хвостиком, вся дрожа от холода и страха. Погода испортилась вконец: дождь не смолкал, поднялся ветер. Но самое страшное – мой мобильный оператор про Речное никогда не слышал… Я впустую набирала мать, звонила отцу, пыталась вспомнить хоть один телефонный номер службы такси. Тщетно… Сигнал если и проходил, то срывался в ту же минуту.
С волос стекала дождевая вода, зубы стучали, а тонкие каблучки дорогих туфель безжалостно утопали в грязных лужах… Я никого не винила. Обхватив себя руками, чтобы хоть как-то унять нестерпимую дрожь, я мечтала лишь об одном: поскорее выйти к нужному дому… Но, казалось, мы ходили кругами… Высокие непроглядные заборы, верхушки крыш и залитая дождем брусчатка… Мы точно блуждали по лабиринту, из которого не было выхода.
— Ты здесь в первый раз, что ли? — смахнув со лба капли дождя, проворчала.
Митя не ответил, но мне послышалось — ухмыльнулся.
— Что смешного? — вспыхнула я, кутаясь в полы безвозвратно испорченного блейзера. — А! Погоди! Я, кажется, знаю!
— И? — нехотя протянул Добрынин, продолжая уверенно чесать вперед.
— Тебя не пригласили! Сегодня Леший гуляет без тебя!
Я вынужденно остановилась: изрядно запыхавшаяся и продрогшая, я не могла бежать за Митей и кричать одновременно.
— А я всю голову сломала: чего это тебе шлагбаум не подняли. Ну, конечно, Камышову стыдно стало, что его дружок в мусоровозке к нему на днюху заявился!
— Что за бред? — выплюнул Митя, замерев в аккурат возле чьих-то ворот.
Добрынин не спешил оборачиваться в мою сторону, а я смотрела, как свет фонаря обволакивает его напряженный силуэт, и радовалась, что попала в точку.
— Митя, ты лузер высшего уровня! — рассмеялась я нарочито громко. — И как я могла забыть об этом?