Так выглядел лагерь капитана Гранта, в котором Борьке предстояло жить. Оказалось, что капитан Грант все-таки есть. Это бессменный, со дня основания лагеря, его начальник Грант Александрович Саркисян. На самом деле он, конечно, никакой не капитан, а просто Грант — это довольно популярное армянское имя. Но, услышав про Гранта, все сразу вспоминают знаменитый роман Жюля Верна. Поэтому так и стали называть — лагерь капитана Гранта. Все это Борьке рассказал инструктор Коля.
В принципе капитан Грант есть, но в данный исторический момент его не оказалось: уехал на базу «выбивать» недостающее снаряжение. Вместо него появился коротко стриженный коренастый парень в выцветшей штормовке.
— Познакомься, — представил его Коля, — твой командир. — А парню объяснил: — Решили новенького к тебе в отряд.
— Есть! — по-военному ответил коренастый, а Борьке протянул руку и буркнул: — Нестеров.
— Ну, устраивайтесь, а я пойду посмотрю, как на кухне дела, — сказал Коля.
— Есть! — опять рявкнул коренастый. А Борьке приказал: — Со мной.
Штормовка на командире Борьке понравилась. Борьке сразу захотелось, чтобы и его штормовка поскорей превратилась из темно-зеленой в такую же, как эта — выцветшую, порыжевшую на солнце. Посмотришь — и сразу понятно, что она вместе со своим владельцем повидала мир. А вот сам командир не очень понравился. Туристы — птицы вольные, а этот заладил, как в казарме, «есть», «со мной»… Командир словно прочитал его мысли и сказал, не оборачиваясь:
— Учти, у нас дисциплина.
Палатка, в которой Борьке предстояло жить, мало чем отличалась от комнаты в пионерском лагере. Только что стены брезентовые, а не кирпичные. А так все то же самое. Вешалка, тумбочки, аккуратно застеленные кровати, — правда, не железные с сеткой, как там, а раскладушки, но это ведь не имеет значения. Главное, стоит только посмотреть, как заправлена за матрац простыня, как идеально ровно уложено одеяло (а никакой не спальный мешок!), чтобы понять, что и в лагере капитана Гранта есть ежедневный утренний обход. «И оценки за уборку помещения наверняка ставят», — с грустью подумал Борька. В пионерском лагере больше тройки он никогда не получал. Но там поставили тройку — и ладно. А здесь?
Командир опять угадал:
— Учти, порядок у нас в палатке — образцовый.
С момента, как Борька приехал в лагерь, наверное, еще и полчаса не прошло. И вот за это время погода успела полностью поменяться. Пока они с Колей дошли до лагеря, Борька аж взмок — такая жарища была. А сейчас солнце скрылось за огромной черно-серой тучей, затянувшей все небо, поднявшийся ветер швырнул на стенку палатки горсть песка. А еще через минуту по брезенту глухо ударили первые капли дождя. Вслед за ними появились и Борькины соседи.
В пионерском лагере, где Борька отдыхал в прошлом году, было четырнадцать отрядов. А в лагере капитана Гранта — только два. Причем там было все понятно: в первом отряде — самые старшие — девятиклассники, в четырнадцатом — первоклашки. А какая система у капитана Гранта, Борька разобраться не мог. Взять хотя бы его соседей. Два Саши и Борис (командир оказался тезкой; вроде бы редкое имя, а сколько Борька на своем веку уже Борисов повстречал!) перешли, как и он, в восьмой, Витька — в седьмой, Денис — в девятый. И все — в одном отряде!
Саши были внешне очень похожи друг на друга. Борька в первый момент даже подумал, что они братья, но ведь не могут же обоих братьев звать Сашами. Одного из Саш Борька стал потом про себя называть «молчаливый» — он, даже знакомясь, не произнес ни слова, протянул руку и все, а второго — «Таганский», потому что о чем бы тот ни говорил, все равно обязательно начинал со слов: «А вот у нас на Таганке…»
— Ты как сюда попал? — спросил Борьку Саша Таганский.
— На автобусе, вместе с Колей приехал, — ответил Борька и нарвался на дружный смех.
Оказалось, что лагерь капитана Гранта — не обычный летний, куда купили родители путевку на работе и можно ехать, а туристического кружка, который работает при Доме пионеров. Оба Саши и Витька занимались у капитана Гранта с осени, ходили в тренировочные однодневные походы и даже большой зимний во время каникул; Борис Нестеров — тот в кружке вообще уже третий год, потому и командир; Денис хоть и пришел в кружок позже всех, в апреле, но все равно уже свой. А Борька — чужой, непонятно откуда взявшийся.