Лена с Сашкой этот момент прозевали. И суп у них убежал, и макароны с тушенкой пригорели. Но какое это имеет значение!
Суп с запахом дыма — это замечательно вкусно. А времени — только четвертый час. Какой длинный, оказывается, день…
Впрочем, насчет того, что это все равно — подгорели макароны или нет, — Борька здорово заблуждался. И с помощью полученного от Бориса наряда вне очереди быстро это заблуждение осознал. Котел-то из-под этих самых макарон пришлось очищать именно ему! То есть по правилам Борьке полагался любой котел — на усмотрение дежурных. Несложно догадаться, почему они выбрали именно этот.
Скажите, вам доставляет удовольствие методичный скрежет песка по металлу? Мурашки от этого звука бегут? Вот и у Борьки тоже бегут. А что делать? Ножом отскребать нельзя — поцарапаешь дно. Тогда каждый раз пригорать будет. Палкой неудобно — не берет. Остается — песок на тряпочку, тряпочку в котел и вжжжик-вжжжик, вжжжик-вжжжик. Б-р-р-р! Сашка мог бы и повнимательнее следить за костром!
— Ты дай макаронам отмокнуть, — сказал Борьке в качестве последнего напутствия инструктор Коля.
Совет, конечно, хороший, но только неизвестно, сколько они будут отмокать. А капитан Грант, когда Борька уходил на берег с котлом, вытащил из своего необъятного рюкзака футбольный мяч и объявил:
— Час на послеобеденный отдых, а потом матч на кубок сезона.
И торжественно водрузил на мяч банку сгущенки.
Не то чтобы Борька очень любил сгущенку, хотя это, конечно, вещь, но сыграть в футбол охота. Вообще интересно: всего два с небольшим часа назад Борьке казалось — только бы дойти до привала, больше по собственной воле шага лишнего не ступит. А сейчас рвется мяч гонять. И откуда только силы берутся?
Макароны уже почти все отдраились, остались только редкие бугорки и полоски на дне. Их, кажется, уже ничто не возьмет. Но Борька знал: работу так не примут. Котел должен быть идеально чистый. Зачем, спрашивается? Ведь это же, в конце концов, не цианистый калий, а макароны, пищевой продукт.
«Ладно, — решил Борька, — пусть и в самом деле помокнут немного в речке. Может, легче будет».
Речка не широкая, метров пятнадцать-двадцать всего, но довольно глубокая: обрыв начинается почти от самого берега. И течение быстрое. Борька вроде только что бросил на середину палочку, а она вон уже где, почти у самой излучины. И рыбы, наверное, много. В рюкзаке капитана Гранта хранится не только мяч, но и несколько мотков лески, поплавки, коробка с грузилами и крючками, но, увы…
— Ловить будем на Селигере — вот и весь сказ.
В принципе капитан Грант прав: самая ловля на утренней зорьке, а завтра в шесть подъем, в восемь выход. Но все равно обидно. Тут наверняка не только окуньки с плотвичками, а что-нибудь и покрупнее есть.
Оценив таким образом рыбные запасы, Борька обернулся к котлу и чуть не заплакал от досады. Котел каким-то загадочным образом отчалил от берега и теперь медленно и величаво плыл к середине реки. Как же так?! Борька ведь специально внимание обращал: на середке — быстрина, а у берега даже легкая деревяшка болтается практически на одном месте. Да вон она и сейчас там же, где была. Ну, теперь начнется! В принципе, конечно, ничего страшного — вполне можно сначала съесть суп, а потом быстренько в этом же котле готовить второе. Но Борьке от этого не легче. Нетрудно представить, как все над ним будут смеяться. Котел утопил! Борис Нестеров своего, естественно, не упустит: влепит наряд вне очереди, а то и два. Борька, между прочим, и сейчас в наряде. А приехал он отдыхать, а не котлы чистить!
Ну надо же, какое невезение! Пока Борька рассуждал, вполне еще можно было зацепить котел какой-нибудь длинной хворостиной, подогнать к берегу. А сейчас уже поздно. Сплавать за ним тоже нельзя: дисциплина. Капитан Грант предупреждал: за самовольное купание — немедленное исключение из лагеря и отправка домой. А пойди докажи, что он не купаться полез, а казенное имущество спасал…
Борька обреченно шагал по берегу вслед за котлом, как будто провожая его в дальнее плаванье. А может, оно и в самом деле будет дальним. Плывет котел устойчиво — воды в него Борька налил не много и не мало, а в самый раз для нужной осадки — как будто специально. Километров через сто с небольшим котел доберется до Волги, а там по широким просторам великой русской реки… Глядишь, где-нибудь в районе Ярославля его и поймают… Ну а пока Борька с котлом добрались до излучины. Речка на повороте заметно сужалась — настолько, что завалившееся дерево кроной доставало до другого берега. В него-то и уперся котел, так и не доплыв до Ярославля. Ну хорошо, а Борьке что теперь делать? От берега до котла всего метров шесть. Но как их пройти? По этому дереву идти посложнее, чем по лагерному буму.