Термоса Рика не нашла, сваренную картошку вместе с кастрюлей пришлось завернуть в одеяло. На улице посветлело, и девочка отправилась на дедушкин огород за огурцами и помидорами.
Вернулась – и ей ужасно захотелось спать, она прилегла «на десять минуточек», а проснулась… проснулась, когда был уже десятый час.
Рика занервничала. Если мама, как обещала, села на раннюю электричку, то скоро она будет здесь. Звонить или не звонить? А если она её прямо по телефону в электричке отчитывать будет? И все будут слушать – как интересно!
Не позвонишь, она ещё подумает, что Рика всю ночь преспокойненько дрыхла, что на дедушку ей было наплевать. А если позвонишь, спросит, почему так поздно позвонила – опять же дрыхла, опять же, получается, на дедушку наплевать… Как ни крути, опять виновата… Во всём виновата…
– Кто бы знал, как с вами тяжело, с взрослыми! – пожаловалась Рика громко и печально, зная, что взрослые её не услышат.
Тут она вспомнила, что надо покормить Шарика, Фроську и Муську, которые ночевали во дворе. Конечно, все трое с удовольствием бы слопали сардельки и молоко, но сам вопрос был отличным поводом позвонить матери!
«Привет, мам! Ты только не волнуйся. Дедушка поехал в больницу, а мне не сказал, чем кормить Шарика и кошек. Что мне делать? Ты скоро приедешь?» – Рика хорошо обдумала и несколько раз потренировалась, прежде чем сказать это в телефонную трубку, но всё равно очень волновалась.
Но мама только строго крикнула: «Я подъезжаю. Потом перезвоню» и сбросила вызов. Похоже, Рику ещё ждёт выволочка.
Она, держа в руках мобильный, подошла к окну. Увидела желтеющие листья на кустах смородины, Муську и Фроську, сидящих у крыльца в ожидании привычного завтрака.
Сейчас мама будет спрашивать про дедушку… А Рика даже не знает, в какой палате он лежит. Вот, в сериалах всегда показывают, как испуганные родственники всю ночь сидят на стульчиках в больничном коридоре, а потом бросаются к врачу: «Доктор, ну как он?» Или она, если фильм о женщине. И ей, Рике, тоже, наверное, нужно было поехать в больницу вместе с дедом и ночевать на стульчике. «Скотина неблагодарная», – скажет мама, и, самое паршивое, что будет права. Рика всхлипнула.
Телефон злорадно запел популярную песенку.
– Алё, – сказала Рика скорбно, так, что мама даже перестала говорить строгим голосом.
Её не ругали. Мама даже назвала «бедным ребёнком», и Рика не обиделась на «ребёнка».
Войдя в дом, мама попробовала её стряпню и сказала, что сгодится. Заставила выпить чаю и съесть хлеба с маслом (ничего серьёзнее во взволнованную Рику просто не лезло). Пока девочка пила чай, мама кормила кошек хлебом с молоком и Шарика сарделькой. Шарик был очень рад: дед его частенько держал на каше и костях. Рика подумала, что сарделька для пса вроде чипсов или ореховых батончиков: не полезно, зато вон, как хвостом виляет!
Потом пошли навещать дедушку. Рику в больнице удивили теснота, запах старого дерева и оконной замазки, и ещё какой-то запах, в котором соединились пригоревший омлет, лекарства и мокрая половая тряпка. Впрочем, там было чисто и довольно уютно, как бывает уютно в деревенском доме. Все: сёстры, санитарка, провожавшая их в палату, больные, – в раскрытые двери, – все их рассматривали, это было очень неприятно, но Рика про себя прошептала: «Плевать», – и сделала вид, что ничего не замечает.
Дедушку должны были выписать через две недели, это совсем близко к школе. Рика, удостоверившись в том, что дедушка ходит по палате и даже может выходить на больничный дворик, повеселела. Потом, когда вернулись, когда мама занялась дома хозяйством, Рика ещё раз сбегала к дедушке: принесла ему букет цветов из сада. Она пообещала следить за цветами в саду и в доме.
В самом безмятежном настроении девочка отправилась домой. И только тут вспомнила о водянике.
Нехорошо получилось. Не предупредила. Он, небось, её всеми словами кроет… А интересно, водяники умеют ругаться матом?.. Но самое плохое, что ей почему-то не хочется сейчас идти к нему. И даже не в том дело, что водяник может ей выговорить за невыполненное обещание. Конечно, не в том.
Но в чём – на это и сама Рика не могла найти ответа.
Но, хочешь – не хочешь, а сходить за малинник придётся; тут лучше уж не откладывать, пока мама не взяла все её перемещения под контроль. Прямо сейчас и надо, хотя бы для того, чтобы на время попрощаться с водяником. А там – там, может, она уедет в город…