Развалившись на сидении, Валерий почувствовал себя хозяином положения. Еще каких-нибудь десять минут, и он дома.
«А камень большой, - Валерий чувствовал его каждой клеточкой. – Надо Сереге звякнуть. Пусть бухло купит. Отметим находку».
Валерий вздохнул с облегчением. Честно говоря, не хотелось ему тащиться в магазин, уж очень приспичило рассмотреть камень вблизи, прицениться. Вынув мобильный телефон, набрал нужный номер и зашептал в трубку:
- Серега привет. Че делаешь? В игру шпилишься? Да, выпустили меня сегодня, уже домой еду в маршрутке. Не хочешь выпить…лимонаду. Купи пару бутылочек, а я деньги отдам. С Наташкой придешь? Ну, для компании можно.
Откинувшись на спинку сидения и сладко потянувшись, Валерий замурлыкав веселенький мотив. Не надо теперь идти в магазин за горючем, Серега сгоняет. А он тем временем камень хорошенько рассмотрит.
Оказавшись дома, Валерий, не разуваясь, прошел в комнату и отодвинул засаленную гардину. Поднес камень к глазам и принялся придирчиво изучать. Драгоценность искрилась золотыми брызгами и напоминала кусочек окаменевшего солнца.
- Странно, ты вроде голубой был, а теперь золотой, - удивился Валерий. – Дай-ка я тебя в полумрак вынесу.
Выйдя в коридор, где не было окон, Валерий пристроил камень на тумбочке. Тот засветился сначала ровным небесным светом, затем мельчайшие искры всполохов волнами пробежали по всем граням.
- Точно бриллиант! Нет, я тебя здесь не оставлю. Сейчас Серега придет с подружкой. Зачем мне лишние вопросы.
Валерий схватил камень, вытер о штаны и оглянулся в поисках укромного места. Тумбочка для обуви не подходит, в диван тоже не положишь, остается место в платяном шкафу. Выкинув клубок помятых вещей с верхней полки, Валерий засунул камень в самый угол и снова запихнул одежду на место. Дверца не хотела закрываться, так как верхняя петля оторвалась, и Валерий подпер тяжелой табуреткой, доставшейся от бабушки.
Не успел он помечтать о том, как распорядится деньгами, вырученными от продажи драгоценного камня, раздался долгий нетерпеливый звонок в дверь.
- Иду, иду, - раздраженно крикнул Валерий и направился в коридор. Взгляд скользнул по тумбочке, покрытой ровным слоем пыли, и только островок, где лежал камень, блестел полиролью. Валерий смахнул пыль ладонью и вытер ее о штаны.
- Привет, Валерик. Выпустили тебя, наконец, - градус Серегиного настроения зашкаливав, как и градус содержимого в бутылках, звенящих в бумажном пакете. – Чем у тебя так воняет? Мыша здохла?
- Какая мыша? – не понял Валерий. – Ты гонишь. Давай, заходи.
- Я с Натахой, - вслед за Серегой вошла особа неопределенного возраста с девичьей фигурой и старушечьим лицом.
- Привет. Я разуваться не буду, - голос оказался с хрипотцой и очень низкий. – Куда идти?
- Заходите в зал.
- О, у тебя и зал есть? – ухмыльнулся Серега. – В прошлый раз, кроме спальни, ничего такого не наблюдал.
- Меньше слов, больше дела, - нахмурился Валерий. – Ты закуски купил?
- А как же. И бухла, и колбаски, - Серега активно вынимал из шуршащего пакета бутылки и ставил на стол. – С тебя бабосики, с меня компания.
– Валерка, неси стаканы, - Натаха развалилась в кресле и прикурила сигарету. – Пить хочеться, аж в горле пересохло.
Валерий принес из кухни рюмки и другой необходимый инвентарь. Первый тост был за дружбу, второй – за здоровье хозяина, третий, как водится, за любовь. Потом никто рюмки не считал и тосты не провозглашал. Натаха не отставала от мужчин, пила в один глоток и закуривала сигаретой.
Вот уже вечер пришел во двор, зажглись дорожные знаки и светофоры – воздушный путь пролегал как раз возле Валерчикиного балкона, - а компания, разгоряченная напитками, продолжала свой неспешный душевный разговор.
- Ну, ты, Серега, не прав, - Валерий, поперхнувшись водкой, громко закашлялся. – Я, кха-кха, я не в вытрезвителе прохлаждался, а, кха-кха, в обществе людей, попавших в трудные жизненные условия, пребывал. А это, как говорят в Одессе, – две большие разницы.
- В чем же разница? Бывал я там один раз, больше не хочу. Капельницы ставят, проповеди читают, кормят винегретами да кашами. Разве что деньги, при выписке, на карманные расходы дают.
- Капельницы - это хорошо. Они организм чистят, - Валерий подхватил вилкой жирную шпротину в банке. – А что это мы в темноте сидим? Ночь скоро.
- Темнота -друг молодежи, - хохотнула Натаха, блеснув глазами.
Валерий с хрустом потянулся и встал. Подошел к окну, за которым блестящей тарелкой висела луна. Серебристые лучи проникали через застекленный балкон и слепили глаза. Валерий на мгновение зажмурился. В голове щёлкнуло, тело пронзила судорога. Он пошатнулся и схватился за подоконник. Раздался треск гардины и запершило вносу от потревоженной пыли.