- И на меня тоже, - лениво протянул Тимоха.
- Сейчас, Колян снимет с меня сапог, а потом вами займется, - Василий, улегшись в гамак, поднял вверх длинную худую ногу в кожаной штанине. С подошвы сапога на обнаженную полоску живота упала сухая трава и песок.
- Чего застыл, дружаня?
- Как бы я хотела дома на диванчике сейчас оказаться, - Ирка сладко потянулась. - Что-то там Палыч трепался, когда нас сюда отправлял, чтоб мы очки не снимали. Только где они очки? Что-то я их не наблюдаю.
- Не рассказал все до конца. Специально, наверное, чтобы мы раньше времени не слиняли, - Василий, освободившись от одного сапога, медленно пошевелил пальцами. – Давай, Колян, другой снимай. Ты чего стоишь, забыл как это делается?
- О-о-о, - лицо парня вытянулось, в глазах застыл ужас.
- Кого ты там увидел? – удивился Василий. – Своего брата орангутанга?
- У-у-у, - замычал Колян и стал медленно оседать.
Василий, ухватившись пальцами в край гамака, медленно обернулся.
На пальмовой ветке сидела яркая птица, похожая на попугая, с огромным клювом, сжатым с обеих сторон и резко закругленым вниз, будто крючок. Расцветка пернатого переливалась всеми цветами радуги. Подняв большой клиновидный хвост, папугай захлопал крыльями.
- Ты что этой курицы испугался? – выдохнул Василий, разжав пальцы. Его взгляд упал на Тимоху, свисающего из гамака. Руки парня царапали землю, изо рта капала пенная слюна.
- Э, Тимоха, хватит прикалываться.
- Кх, кх, - в горле несчастного булькало и свистело.
- Придурок, картошки дикой обожрался, - Ирка соскочила с гамака и брезгливо уставилась на Тимоху.
- Колян, а ну беги в дом индейцев и скажи Пал Палычу, что Тимоха подыхает! - заорал Василий. – Беги я сказал!
Колян, нехотя, поднялся, и пытаясь не смотреть на сползающегося из гамака Тимоху, поплелся на негнущихся ногах в сторону индийского жилища.
Тем временем Кира и исследовательская группа во главе с Пал Палычем вошли в дом, центральную часть которого занимал коридор. Он разделял строение на две половины, состоящие из небольших комнат, отделенных одна от другой стенами из соломенных матов.
- Обратите внимание: земляной пол под уклоном. Это позволяет отводить воду в сезон дождей, - учитель наклонился и принялся тщательно осматривать коричневую утоптанную землю.
Кира переступила с ноги на ногу. Резиновые сапоги противно заскрипели.
- А где жители? – удивленно спросила Валерия. – Почему так тихо?
- И лавки пусты, вон только сломанная игрушка валяется, - заметила Кира.
- Может, что-то случилась, - Леха прилип взглядом к длинной деревянной палке, которая весила под соломенной крышей, похожей на купол, - и индейцы нуждаются в помощи?
- Очевидно, племя временно покинуло жилище и перекочевало ближе к реке. Ведь сезон дождей заканчивается, - задумчиво протянул Пал Палыч. – Это даже не плохо. Мы сможем все здесь хорошо рассмотреть.
Неожиданно пальмовые листья, свисающие с крыши, зашелестели, и в малоку ввалился Колян с перекошенным лицом и безумным блуждающим взглядом. Бусы, висевшие над входом, ударили его по бледному лбу. Выпучив глаза, парень что-то неразборчиво зашептал.
- Ну, и? – учитель вопросительно уставился на Коляна.
- Умер…
- Кто умер?
- Тимка…
- Где?!
- Там…
Пал Палыч растерянно вытер капельки пота над верхней губой и пробормотал:
- Ничего не понимаю. Он ведь только был жив.
- Что за глупый розыгрыш, - сверкнула стеклами очков Валерия.
- Да, что вы стоите? - не выдержал Леха и решительно направился к выходу. – парня нужно спасать.
Пал Палыч зачем-то нахлобучил шапку с сеткой от комаров, поправил мачете за ремнем брюк и, размахивая руками, выскочил вслед за Лехой.
- Неужели, назад? - вздохнула с сожалением Валерия. - Жалко все бросать из-за какого-то кретина.
- Пошли, - Кира дёрнула ее за локоть. – Возможно, все не так печально.
Они вышли из дома и, прикрыв ладошкой глаза от лучей ослепляющего солнца, висевшего над самой головой, принялись вглядываться в группу людей, суетившихся возле гамаков у пальм.
- Похоже, действительно что-то произошло, - озабоченно протянула Кира.
- Вот и закончилась наша экспедиция. А я ее так ждала…
- Может, наша помощь нужна. Побежали.
Когда Кира и Лерка оказались под пальмами, их помощь уже не понадобилась. Тимоху стащили с гамака на землю, и он неподвижно лежал, широко раскрыв глаза. Зрачки закатились, слюна на подбородке присохла, и в ней теперь пировали какие-то мурашки.