Кайен почувствовал, как Лира рядом с ним едва заметно выдохнула.
— Но, — добавил Торн, и его голос стал острым, как стекло, — я пойду с вами. И если я почувствую хоть малейшую угрозу для Библиотеки или этого города, если вы попытаетесь что-то украсть или повредить, я лично сотру вас с лица земли. И ни Гильдия Торговцев, ни сам Правитель Горы ничего не смогут с этим поделать. Вы меня поняли?
— Поняли, Архимагистр, — кивнул Кайен, принимая условия.
— Хорошо. Глава Библиотеки Элара будет ждать нас у входа в хранилище завтра на рассвете. Будьте готовы.
Кайен и Лира поклонились и покинули башню. Они получили свой ключ. Но теперь замок, который им предстояло открыть, будет охранять дракон.
Глава 91: Зал Забытых
Рассвет над Корвусом был холодным и ясным. Великая Библиотека в первых лучах солнца казалась вырезанной из слоновой кости. В ее пустых, гулких залах Кайена и Лиру уже ждали.
Архимагистр Торн был одет не в церемониальную мантию, а в практичную, темно-синюю тунику из плотной ткани, усиленную серебряными рунами. Он был готов не к экскурсии, а к битве. Его лицо было непроницаемым, как камень.
Рядом с ним стояла женщина, в которой чувствовалась сила иного рода. Это была Глава Библиотеки, Элара. Она была старше Торна, худая, с пергаментной кожей и глазами, которые, казалось, прочитали каждую книгу в этом здании. В ее взгляде не было враждебности, лишь глубокое, почти безграничное знание и толика подозрения.
Они не обменялись приветствиями.
— Вы готовы? — спросила Элара, ее голос был тихим, но резонировал с камнем стен.
Кайен кивнул.
Они подошли к неприметной железной двери в историческом крыле. На ней не было ни замков, ни ручек.
Торн и Элара встали по обе стороны от двери, действуя со слаженностью, отточенной ритуалом.
Торн положил ладонь на металл. По поверхности двери пробежали и вспыхнули руны.
— Aperio. Sigillum. Arcanum, — произнес он, и из его ладони вырвался луч света, который впитался в дверь, сформировав светящийся кристаллический замок.
Затем настал черед Элары. Она достала из складок своей мантии простой, ржавый на вид железный ключ. Она вставила его в замочную скважину, которая материализовалась в центре магического замка, и повернула.
Раздался не щелчок, а глубокий, протяжный гул, словно вздохнул спящий гигант. С тихим шипением массивная железная дверь отворилась внутрь, открывая вид на уходящую вниз каменную лестницу, тонущую в абсолютной, ледяной темноте.
— Один час, — сказал Торн, его голос не допускал возражений. — Вы идете первыми. Мы — за вами.
Кайен достал свой серебряный медальон. Его теплый свет вырвал из темноты первые ступени. Он шагнул вниз. Лира, с рукой на луке, последовала за ним. За их спинами шли два самых могущественных человека в городе.
Лестница привела их в длинный, прямой коридор. Это место не было похоже на библиотеку. Это был склеп. Вдоль стен тянулись запечатанные ниши из полупрозрачного, дымчатого кристалла. И в каждой из них хранился один-единственный предмет.
В одной — почерневший от времени череп с рунами, вырезанными на лбу, который, казалось, шептал, когда они проходили мимо.
В другой — музыкальная шкатулка, из которой доносилась мелодия, вызывавшая беспричинную, глубокую тоску.
В третьей — идеально сохранившийся черный цветок, чьи лепестки, казалось, были сотканы из самой тени.
Каждый артефакт излучал слабую, но опасную ауру. Воздух здесь был тяжелым от эха проклятий, забытых трагедий и безумия. Лира шла, напряженная как струна, ее инстинкты кричали об опасности. Торн и Элара были защищены мощными ментальными барьерами, их лица оставались спокойными.
Кайен же чувствовал все это напрямую. Но его душа, сбалансированная наследием Лиана, была как тихий омут, в котором отражался шторм, но который он не затрагивал. Он искал не силу. Он искал резонанс. Что-то, что откликнется на его собственную природу.
Он вел их через анфиладу залов, мимо сотен запечатанных аномалий. И наконец, в самом дальнем зале, он остановился.
Он остановился перед нишей, которая была пуста.
Дымчатый кристалл, который должен был сдерживать артефакт, был разбит. Разбит изнутри. На полу ниши лежал толстый слой пыли.
Торн и Элара замерли.
— Невозможно… — прошептала Элара. — Внешняя печать была цела. Никто не входил сюда уже почти сто лет.
Кайен опустился на колени перед разбитой нишей. Он не чувствовал здесь никакой остаточной энергии. Лишь пустоту. Но в слое пыли он увидел то, что пропустили бы другие.