Его сила была тонкой, требующей невероятной концентрации и расходующей его экзистенциальную энергию. Но она была абсолютной.
На пятый день пути они столкнулись со стаей Скальных Дьяволов — мускулистых, похожих на гиен тварей с каменными наростами на спинах. Раньше им пришлось бы либо бежать, либо вступать в тяжелый бой.
Но Кайен просто вышел им навстречу.
Лира вскинула лук, но он остановил ее жестом.
Он посмотрел на вожака стаи, на его оскаленную, рычащую пасть. Он не стал стирать саму тварь. Это было бы слишком энергозатратно. Он сосредоточился на ее разуме. Нашел там простую, первобытную концепцию. «Враждебность к чужаку».
И он поставил в ней крошечную, как укол иглы, дыру. Он стер ее.
Эффект был поразительным. Вожак стаи резко замолчал. Он тряхнул головой, словно отгоняя наваждение. Его рычание сменилось недоуменным поскуливанием. Он посмотрел на Кайена и Лиру, но не видел в них больше ни угрозы, ни добычи. Он видел просто… два объекта. Неинтересных.
Он развернулся и, что-то рявкнув своим сородичам, повел стаю прочь, искать другую, более понятную цель.
Лира медленно опустила лук. Ее руки дрожали. Она видела, как он исцелил шрам, как он перерезал кабель. Но это… это было нечто иное. Он не победил врага. Он отменил само понятие «враг».
Она посмотрела на спокойное лицо Кайена. Он больше не был ни падальщиком, ни воином, ни инженером. Он становился силой, способной изменять саму природу реальности.
И теперь эта сила возвращалась в мир людей. В мир, где амбиции, ненависть и жадность были высечены на камне. Мир, который был совершенно не готов к появлению своего нового, незваного редактора.
Глава 32: Возвращение в Мир Людей
Край Диких Земель встретил их тишиной и запахом молодой травы. Небо над головой было почти голубым. Стоя на последнем холме, Кайен и Лира смотрели назад, на тот мир из костей и кошмаров, что стал для них домом, горнилом и святилищем. Он изменил их навсегда.
Они тоже изменились. Исчезла загнанность из их глаз. Лира двигалась с уверенностью хищницы, знающей свою силу. Кайен же изменился сильнее. Он стал выше, его тело, получавшее наконец достаточно пищи, окрепло. Но главное было во взгляде — спокойном, глубоком и пугающе проницательном. Он нес в себе тишину Пустоты, и эта тишина была громче любого боевого клича.
Их последняя охота в Диких Землях была короткой и эффективной. Лира подстрелила антилопу с рогами-полумесяцами. Кайен, вместо того чтобы разводить огонь, просто коснулся куска сырого мяса и «стер» из него все вредоносные бактерии и паразитов, сделав его идеально чистым и безопасным для употребления. Он мог бы «стереть» и его сырой вкус, но решил, что это будет уже лишним.
Они вышли к границе цивилизованных земель через два дня. Их целью была Застава Пыльного Ветра — небольшой, захудалый городок, перевалочный пункт для караванов, наемников и всякого сброда.
Контраст был оглушительным. После чистой, хоть и жестокой, природы Диких Земель, Застава обрушилась на них смрадом немытых тел, дешевого пойла, дыма и человеческой алчности. Люди в толпе смотрели на них с подозрением и опаской. Их одежда из шкур и кости, их дикий, незамутненный взгляд — все это выдавало в них чужаков.
Они нашли самую грязную таверну и сели за столик в темном углу. Лира была напряжена, ее рука не отрывалась от лука. Она не привыкла к такому количеству людей. Кайен же был спокоен. Он закрыл глаза и просто слушал. Он отфильтровывал пьяную болтовню, споры о ценах, жалобы на жизнь, выискивая нужную информацию.
И он ее нашел.
— …слыхали про Отстойник? — говорил один наемник другому за соседним столом. — Клан Алого Кулака снес его к чертям. Говорят, какой-то упырь-падальщик прикончил там их капитана и пару гвардейцев. Ну, клан и решил вопрос кардинально. Сравняли с землей. Всех до единого. Чтобы слухов не было.
Кайен замер. Его лицо не изменилось, но внутри что-то оборвалось. Отстойник. Место, которое он ненавидел, но которое было его домом. Старик Грей, другие падальщики, все те жалкие, никому не нужные души… Все мертвы. Из-за него.
— А за пацана этого награда до сих пор висит, — продолжал наемник. — Огромная. И за клинок его капитана — вдвойне. Поговаривают, в том мече какой-то секрет, чуть ли не ключ к технике самого главы клана.
Теперь все было ясно.