Комната была маленькой, аскетичной, с двумя каменными лежанками и одним крошечным, зарешеченным окном, выходившим в пропасть. Но она была чистой. И, что важнее, у нее была толстая дубовая дверь с крепким засовом. Это была их крепость.
— Теперь — арсенал, — сказал Кайен. — Мы должны следовать правилам. Не стоит привлекать внимание Каменной Стражи.
Городской арсенал находился у самых ворот и был высечен из того же монолитного камня. Внутри царил порядок и пахло оружейным маслом. Их встретил мастер-оружейник — старый, лысый человек с руками, похожими на корни дерева, и глазами, которые, казалось, видели металл насквозь. Его звали Станнум.
Кайен молча положил драконий клинок Цзяо на стойку.
Станнум даже не взглянул на Кайена. Все его внимание было приковано к мечу. Он осторожно взял его, провел мозолистым пальцем по лезвию, оценил баланс.
— Клинок работы Дома Огненного Сердца, — констатировал он, его голос был глухим, как удар молота. — Ковка уровня мастера. Редкая вещь в наших краях.
Он взял небольшой кристалл и провел им вдоль ножен. На ножнах вспыхнула и отпечаталась тускло светящаяся руна.
— «Печать мира» наложена, — сказал Станнум. — Попытаешься обнажить его в черте города с дурным намерением — руна раскалится. Сломает и клинок, и твою кисть. Я понятно объясняю?
— Более чем, — кивнул Кайен.
Он уже собирался уходить, когда взгляд Станнума случайно зацепился за его походный мешок, из которого торчал обмотанный тряпкой эфес другого меча.
— А это что?
Кайен помедлил, но подчинился. Он достал треснувший черный клинок Райкера.
Станнум взял его, и его брови сошлись на переносице. Он поднес его к свету, постучал по нему ногтем.
— А вот это… мусор, — вынес он вердикт. — Или было им, пока его не сломали. Скверная работа, баланс нарушен. Но сталь… — он прищурился, — сталь странная. Никогда такой не видел. Пустая. В ней нет… души.
Кайен молча забрал меч. Этот старик увидел больше, чем кто-либо другой.
Вернувшись в свою комнату на постоялом дворе, они наконец смогли выдохнуть. Первая часть плана была выполнена. Они были легально в городе.
Вечером они спустились в общий зал таверны. Не для того, чтобы пить, а чтобы слушать. И они узнали многое. О трех главных силах города: Гильдии Торговцев, что контролировала все деньги; Союзе Вольных Клинков, что контролировал всю наемную силу; и об Алхимической Коллегии, что сидела на своей вершине, торгуя ядами и зельями. И над всеми ними, как безмолвные судьи, стояла Каменная Стража, подчинявшаяся лишь невидимому Правителю Горы.
Они также услышали слух. О старом мастере-кузнеце по имени Фориан, единственном в городе, кто, по слухам, мог перековать «духовное оружие», восстановив его былую славу. Но его услуги стоили целое состояние.
Поздно ночью, в своей комнате, они подвели итог.
— Этот город… он не лучше Диких Земель, — сказала Лира, глядя в окно на огни, разбросанные по склону горы. — Просто хищники здесь носят человеческие лица.
Кайен сидел на лежанке, держа в руках треснувший черный клинок. Он чувствовал его пустоту. Он знал, что должен его восстановить. Это было не просто оружие. Это был символ. Первый трофей, изменивший его жизнь.
— Хорошо, — тихо ответил он, не отрывая взгляда от меча. — Потому что я тоже научился его носить.
Их цели стали ясны и конкретны. Заработать деньги. Найти мастера Фориана. Узнать больше о клане Алого Кулака. И стать достаточно сильными, чтобы, когда придет время, не прятаться, а диктовать свои условия. Их выживание в дикой природе закончилось. Начиналось выживание в каменных джунглях.
Глава 45: Доска Тысячи Задач
Первое утро в Пристанище Великанов было оглушающим. Кайен проснулся не от крика дикой птицы или воя ветра, а от далекого, ритмичного гула — это работали гигантские кузнечные молоты в промышленном районе города. Из окна в комнату тянуло запахом угля и жареной рыбы. Цивилизация.
Они сидели за грубым столом, разделяя скудный завтрак из хлеба и сыра, купленного вчера.
— Все наши цели требуют денег, — сказал Кайен, нарушив молчание. Его голос был спокойным, он уже наметил план. — Починка меча, информация, даже это жилье. Значит, первое, что мы делаем — ищем работу.
— Я могу охотиться, — предложила Лира. — Шкуры горных козлов и мясо снежных лисиц здесь, должно быть, в цене.