Он указал на трещину.
— Но теперь он мертв. Воля, что жила в нем, выгорела дотла. И умирая, она разорвала саму структуру металла изнутри. Это не трещина. Это предсмертная агония, застывшая в стали. Починить это невозможно.
Сердце Кайена упало.
— Но… — продолжил Фориан, и его глаза блеснули, — его можно переродить. Разбить на куски, расплавить до первозданного состояния и выковать заново. Создать новый сосуд.
— Какова цена? — немедленно спросил Кайен.
Фориан снова рассмеялся.
— Золото? Золотом ты не заплатишь за сотворение души. Цена будет другой.
Он вытер руки о фартук и посмотрел на Кайена так, словно видел его насквозь.
— Чтобы перековать Эхо-сталь, моего огня недостаточно. Мне нужен огонь, в котором есть жизнь. Мне нужно Сердце Огненной Саламандры, что живет в лавовых реках в самых глубоких пещерах под городом. Принесешь мне его — и я подготовлю горн.
— Это все?
— Нет, — сказал Фориан. — Это лишь первая часть цены. Я могу создать сосуд. Но он будет пуст. Чтобы клинок жил, в него нужно вковать новую волю. Новое наследие. Совместимое с природой этого металла. Что-то острое, как игла, смертоносное и дисциплинированное.
Он в упор посмотрел на Кайена.
— А ты, Летописец… ты должен найти эту новую душу. Найди и поглоти Эпитафию великого мастера, чья воля сможет стать сердцем твоего нового клинка. Когда у тебя будет и сердце саламандры, и новая душа для меча — возвращайся. Если, конечно, выживешь.
Кайен и Лира вышли из раскаленной кузницы, и прохладный воздух подземелий показался им ледяным. Они смотрели друг на друга, ошеломленные масштабом задачи.
Они пришли к кузнецу, чтобы починить меч. А ушли с заданием убить легендарного монстра и найти призрака, достойного стать душой их оружия.
В Пристанище Великанов даже простая починка превращалась в начало нового эпоса.
Глава 51: Два Пути, Одна Цель
Они вернулись в свою комнату на постоялом дворе «Седая Вершина», и тишина между ними была плотной, как расплавленный металл. Задача, поставленная Форианом, была не просто сложной. Она была почти мифической. Убить огненного монстра в лавовых реках и найти, а затем поглотить, душу великого мастера.
— Он сумасшедший, — первой нарушила молчание Лира. Она сидела на своей лежанке, проверяя натяжение тетивы на своем луке. Это было ее привычное действие, способ успокоить нервы. — Он послал нас на верную смерть.
— Возможно, — согласился Кайен. Он стоял у окна, глядя на огни города, разбросанные по склону горы. — А возможно, он просто установил цену, достойную своей работы. Он не хочет золота. Он хочет доказательств. Доказательств того, что мы достойны его мастерства.
— И как мы собираемся это доказывать? — спросила она. — Мы даже не знаем, где искать эту саламандру. И уж тем более, где найти «великого мастера», который согласится, чтобы ты поглотил его душу после смерти.
Кайен повернулся к ней. На его лице не было ни страха, ни отчаяния. Лишь холодная, аналитическая сосредоточенность. Он уже не был тем мальчишкой, что выживал инстинктами. Он был инженером, который видел перед собой сложную, но решаемую задачу.
— Мы разделимся, — сказал он.
Лира подняла на него удивленный взгляд. Впервые с момента их встречи в гробнице он предложил действовать порознь.
— Ты — охотница, — продолжил Кайен, объясняя свою логику. — Ты знаешь, как выслеживать тварей, как читать следы, как понимать природу. Твоя задача — найти Сердце Огненной Саламандры. Собери информацию, найди проводников, если нужно. Узнай все о ее логове, повадках, слабостях. Подготовь охоту.
— А ты? — спросила она. — Что будешь делать ты?
— Я — Летописец, — ответил он. — Моя охота будет проходить не в пещерах, а здесь, в этих каменных джунглях. Мне нужно найти «душу» для меча.
Он подошел к столу и сел.
— Фориан сказал, что нужна воля, совместимая с природой клинка. Острая, смертоносная, дисциплинированная. Это не может быть наследие какого-нибудь берсерка или мага. Это должен быть мастер клинка. Фехтовальщик. Возможно, убийца.
— И где ты найдешь такого? — скептически спросила Лира. — Подойдешь к лучшему фехтовальщику в Союзе Вольных Клинков и попросишь его умереть для тебя?
— Нет, — сказал Кайен. — Я найду того, кто уже приговорен к смерти.
Его план был прост и жесток. Пристанище Великанов было городом изгнанников и наемников. Дуэли, заказные убийства, смертельные поединки на арене — смерть здесь была таким же товаром, как руда или специи. Ему нужно было лишь найти подходящую жертву. Мастера, чья смерть была лишь вопросом времени.