Когда они покинули шахтерский городок, их было не узнать.
На них была одежда путешествующих ученых — прочные, но скромные плащи, удобные сапоги. Их мечи и лук были тщательно упакованы и спрятаны в походных мешках. Дикая охотница и мстительный падальщик исчезли. На их месте были молодой исследователь и его молчаливая, зоркая ассистентка-телохранитель.
Они присоединились к торговому каравану, идущему на юг. Никто не обратил на них особого внимания.
Воины стали паломниками. Их Меккой была древняя библиотека, а их молитвой — надежда найти хотя бы одну строчку, которая объяснила бы им, кто они такие.
Глава 77: Пыль Тысячи Дорог
Жизнь в караване была монотонной и размеренной. Каждый день был похож на предыдущий: подъем до рассвета, быстрый завтрак, долгие часы пути под скрип колес и разговоры возниц, вечерний лагерь у костра. Для Кайена и Лиры, привыкших к постоянному напряжению и борьбе за выживание, эта рутина была странной, почти убаюкивающей.
Они идеально вжились в свои роли. Лира, представившаяся охотницей, нанятой для дополнительной охраны, часто уходила в сторону от каравана, возвращаясь к вечеру с парой зайцев или птиц, чем заслужила молчаливое уважение начальника охраны. Никто не знал, что в этих вылазках она не столько охотилась, сколько поддерживала свои инстинкты в тонусе, читая этот новый, более мирный мир.
Кайен же большую часть времени проводил в своей повозке, уткнувшись в старые свитки, которые он купил за бесценок. Он играл роль молодого, увлеченного ученого. На самом же деле, он занимался куда более важным делом. Он использовал это время, чтобы изучать и картографировать свою собственную душу. Он учился управлять «сетью» Королевы, расширяя свое восприятие. К концу второй недели он мог, не выходя из повозки, чувствовать каждого человека в караване, ощущать их эмоции — жадность торговцев, скуку охраны, беспокойство матерей. Он учился читать не следы на земле, а следы в душах.
Они пересекли плодородные центральные равнины, оставив позади суровые северные предгорья. Мир здесь был другим. Вместо одиноких застав они видели большие, укрепленные деревни, окруженные бескрайними полями. По дорогам часто встречались патрули местных баронов, чьи гербы были Кайену незнакомы. Жизнь здесь была более упорядоченной, но и более жесткой.
На третьей неделе пути, когда караван втянулся в густой лес, известный как «Вдовий Плач», их мирная рутина была нарушена.
Нападение произошло ночью. Это были не просто разбойники. Они действовали профессионально. Сначала в лагерь полетели дымовые шашки, мгновенно окутав повозки едким, удушливым дымом. Охрана каравана, застигнутая врасплох, начала паниковать, их крики тонули в кашле.
Лира и Кайен были готовы. Для них хаос был привычной средой.
Лира не стала бросаться в бой. Она взобралась на крышу своей повозки, ее глаза, привыкшие к полумраку, легко находили цели в дыму. Она не убивала. Она калечила. Одна стрела пробила колено бандита, собиравшегося поджечь повозку. Другая — пригвоздила руку другого к борту телеги. Она была безмолвным судьей, сеющим панику в рядах нападавших.
Кайен же остался у повозки главного купца, старого и хитрого торговца по имени Олен. Когда лидер бандитов, воспользовавшись суматохой, схватил ларец с деньгами и бросился бежать, Кайен шагнул ему наперерез. Он не вытаскивал меч. Он просто посмотрел на землю перед бегущим разбойником.
И «отредактировал» ее.
Лидер бандитов, несшийся на полной скорости, внезапно наступил на участок земли, который на долю секунды приобрел свойства гладкого, мокрого льда. Его ноги разъехались, и он с грохотом и проклятиями рухнул на землю, выронив ларец.
Прежде чем он успел подняться, подоспевшая охрана каравана уже была на нем.
Атака была отбита. Через десять минут все было кончено. Несколько охранников и бандитов были ранены, но никто не был убит, и, самое главное, товары были в целости.