Сверху, из проема окна, Лира вела прицельный огонь. Каждая ее стрела находила свою цель, сбивая самых проворных из мертвецов обратно в толпу.
Они были на полпути, когда Кайен понял, что они не успеют. Утопленники, карабкаясь друг на друга, создавали живую пирамиду из тел. А окно, их цель, было не просто стеклом. Это был толстый, цельный кристалл, потемневший от времени. Лира уже пыталась разбить его рукоятью ножа, но тщетно.
Нужно было действовать.
Рискуя всем, Кайен на мгновение отпустил веревку основной рукой, удерживая себя и Изольду лишь силой ног и предплечья. Он поднял «Незапятнанный» и нацелил его на окно высоко над головой.
Он не мог выстрелить энергией. Но он мог послать свою волю. Он вспомнил хрупкость осеннего листа, которую постиг с Лианом. Он сосредоточился на этой концепции и, используя свой клинок как проводник, вписал ее в структуру древнего кристалла. Он не атаковал его. Он убедил его в том, что он хрупок.
На поверхности окна-розетки мгновенно, без единого звука, расползлась густая сеть трещин.
Лира, увидев это, поняла его замысел. Она со всей силы ударила по треснувшему кристаллу своим луком.
Окно взорвалось наружу дождем темной, похожей на обсидиан, пыли. Путь был свободен.
Через несколько секунд она уже втаскивала Кайена и Изольду через проем. Они оказались на узком внешнем карнизе. Внизу, в храме, кипела бессильная ярость армии мертвецов.
Но они все еще были под водой. Эликсир действовал, но они чувствовали, как его эффект начинает ослабевать.
Они оттолкнулись от карниза и устремились вверх, к далекому, серому свету на поверхности.
Они вырвались из воды с громким, судорожным вздохом, жадно глотая настоящий, соленый воздух. Эффект зелья пропал в тот же миг. Они были свободны.
Они оказались посреди небольшой, скрытой туманом бухты, окруженной со всех сторон башнями затопленного города. До черного песчаного берега было не меньше полукилометра.
Начался долгий, изнурительный заплыв. Кайен, одной рукой поддерживая Изольду, работал ногами. Лира плыла рядом, прикрывая их, ее глаза сканировали поверхность воды на предмет любой угрозы.
И пока они плыли, они заметили, что мир вокруг них меняется.
Туман, густой и непроглядный, начал редеть. Гнетущая, меланхоличная аура, давившая на них с самого прибытия, ослабевала. Словно проклятие, державшее это место в плену, потеряло свой якорь.
Когда они, наконец, выбрались на черный песок, они были измождены до предела. Они рухнули на берег, не в силах пошевелиться.
Кайен повернул голову. Позади них, в лучах пробивающегося сквозь тучи солнца, впервые за тысячи лет, открывался вид на Затопленные Руины во всем их трагическом великолепии. Туман почти рассеялся. Проклятие спало.
Они лежали на черном песке, измученные, но победившие. Позади них проклятый город, лишившись своего последнего пленника, впервые за тысячи лет, казалось, вздохнул с облегчением. Спасательная операция была окончена.
Но, глядя на бледное, безмятежное лицо Изольды, лежавшей без сознания рядом с ним, Кайен понял, что настоящие проблемы только начинаются.
Глава 85: Пробуждение
Они развели небольшой костер на черном песке, используя плавник, выброшенный морем. Первым делом нужно было восстановить силы и оценить состояние их «трофея».
Лира, обойдя пляж, убедилась, что непосредственной угрозы нет. Проклятое Побережье было пустынным, и даже морские хищники, казалось, избегали этого места.
Кайен же склонился над Изольдой. Девушка была прекрасна, даже в своей бледности и с волосами, спутанными от соленой воды. Но Кайен видел не ее лицо. Он смотрел глубже, своим внутренним зрением.
Ее состояние было хуже, чем он думал. Она была не просто без сознания. Ее душа, ее жизненная сила, была опутана тонкими, почти невидимыми нитями той самой древней скорби, которой были пропитаны руины. Она была в ментальной ловушке, переживая в бесконечном кошмаре агонию утонувшего города. Если ее не разбудить, она либо сойдет с ума, либо ее жизненная сила просто угаснет.
— Ее нужно разбудить, — тихо сказал Кайен.
Он осторожно положил ладонь ей на лоб. Он не стал использовать грубую силу или Пустоту. Он обратился к наследию Лиана. Он позволил спокойной, гармоничной энергии «Танца Осеннего Листа» тонким ручейком перетечь в сознание девушки. Он не пытался бороться с ее кошмарами. Он просто предложил ей островок тишины в бушующем океане скорби.
Это сработало.
Веки Изольды дрогнули. Она сделала глубокий, судорожный вдох, и ее глаза резко распахнулись.