Пока он и представить себе не мог, как пережить этот кошмар, как смириться с разъедающим чувством вины. Что же он натворил!? Как можно было поддаться искушению и бесчестно испугать ее, когда она так просила его о помощи. Кто он теперь в ее глазах? Типичный вельможа, подпускающий к себе женщин исключительно за тем, чтобы воспользоваться ими. Теперь она могла поставить под сомнение каждое его слово о надежности и отеческой любви… как мерзко и грязно. Ради чего он ее потерял?
Резкая боль в сердце прервала лихорадочный бег его мыслей, он покорчился, вцепившись рукою в камзол, и стал смиренно ожидать того, что могло последовать дальше, поддавшись абсолютно безответственной меланхолии. Однако минуты текли, хуже не становилось и жизнь, по всей видимости, норовила продолжиться в самом безрадостном своем проявлении. Ярл улегся, постаравшись найти наиболее удобное положение, и пустыми глазами уставился в потолок.
***
Встреча была назначена в старом подсобном здании при казармах, день выдался ясным, погожим, солнце лилось в голые оконные проемы. Сигюн ожидала Ингвара, уложив на столе аккуратно сложенную расшитую собственноручно рубаху. Она сидела спиной к двери и лишь по положению теней и протяжному скрипу определила, что ее друг наконец-то пришел.
-Вот мы и встретились, булочка! – бросил он залихватским, непринужденным тоном – А у меня для тебя сюрприз.
Ингвар привык к тому, что Сигюн немедленно реагирует на его голос, иногда раздражаясь на его неудачные и грубоватые для общения с девушкой шутки, иногда искренне радуясь его возвращению из сложного рейда, всегда по-разному, но неизменно быстро. Он ощутил неладное, осознав, что подруга не спешит даже поворачиваться к нему лицом.
-У меня для тебя тоже.
Сказала она как-то чересчур спокойно, хотя… все шло неправильно. Сперва Сигюн просто обязана была рявкнуть на него за ненавистное прозвище, а потом хорошо бы, если б чуть не придушила его в объятиях, все же она знала, где он провел последнюю неделю. Ингвар постарался понять, в чем дело, но его флегматичный воинский склад не позволил сразу поддаться панике и броситься к приятельнице за разъяснениями. Он, так и стоя на пороге, попытался заглянуть ей через плечо.
-Подарок? Слушай, я, конечно, понимаю, что ты там совсем заработалась, но мы решили отмечать повышение через неделю…
-Я знаю, дружище, но боюсь, что не смогу тебя лично поздравить в назначенный день. Я уезжаю домой. Навсегда.
Солдат разжал пальцы, и скромный букет из голубого горноцвета, рассыпавшись, упал на землю перед домом. Теперь этот шаловливый презент был абсолютно неуместен. Ингвар молчал, не находясь, что сказать, и с удивлением для себя отмечал, что на него начинают накатывать чувства тоски и несправедливости. Да, это девчонка была для него просто другом, но десятки его товарищей то и дело покидали Виндхельм иногда, увы, исчезая с концами, и всегда это воспринималось так естественно, обыденно на фоне войны. А вот отъезд Сигюн… Ингвар не мог понять, почему его это так сильно заботит. Быть может дело в том, что здесь, вдалеке от своих семей, они нашли между собой полное взаимопонимание. Они ничем не обременяли друг друга, напротив, всегда в их разговорах царила взаимная поддержка, и во всех мелких неурядицах, абсолютно привычных для столь тяжелых времен, они могли друг на друга положиться.
-Почему? Мы же обсуждали это месяц назад, тогда ты сказала, что справишься и подумаешь о возвращении только, когда закончится восстание.
Ингвар наконец-то прошел в комнату, тогда и Сигюн поднялась со своего места и виновато взглянула на друга.
-Это выглядит так, будто я бегу с тонущего корабля?
-Есть такое. – ответил он, желая взять ее на слабо, но тут же понял, что дал лиху – Но это твой выбор. Думаешь, Ульфрик тебя отпустит?
-Теперь да, больше мне здесь делать нечего. За то время, пока ты отсутствовал, я успела очень сильно подвести ярла и, думаю, этого он уже не простит.
Солдат пожал плечами и удивленно вскинул брови.
-Да что такого ты могла натворить!? Буревестник нянчил тебя как никого другого, а теперь ты утверждаешь, будто он выкинет тебя из штаба?
-Я не могу поделиться этим с тобой, Ингвар, но поверь на слово, такое с рук не сходит. Ты тоже обижаешься?
Они оба простояли молча с минуты на минуту, как поссорившиеся друг с другом дети. Что бы там ни было, Ингвар вовсе не хотел прощаться со своей подругой на дурной ноте, посему первым сделал шаг навстречу и крепко обнял ее, слегка болезненно прижимая твердыми наручами к себе.
-Да, обижаюсь, мы же собрались буквально через пять дней хорошенько выпить вместе, в нашем кругу, а выходит, что ты даже не поднимешь кубок за мое здоровье.