Как она была хороша сегодня, с недавних пор ее предпочтения в одежде сменились, и взамен неприметных льняных костюмов и накидок на ней все чаще можно было видеть пусть и простые, но идеально скроенные платья – с шифоновыми шлейфами и дивными вышивками, которые, похоже, Сигюн прорабатывала сама. В этот погожий денек красавица предпочла бордовое платье с довольно глубоким квадратным вырезом декольте, утянутое темной жилеткой на мелких пуговицах, что так и норовили расстегнуться в районе ее пышной груди.
Осмотрев Сигюн с ног до головы, Ульфрик осекся, с ужасом представляя, насколько скользким был этот взгляд. Сейчас они должны были обсудить перевод важнейшего манускрипта эпохи династии Исграмора, чья расшифровка могла во стократ усилить значимость обретения Зубчатой короны как для Ульфрика, так и для Скайрима в целом. Никак нельзя позволять себе в подобный момент праздно упиваться женской привлекательностью, хотя… эта лиса не зря так вырядилась. Она наверняка уже приметила, как сильно менялся его настрой в зависимости от ее собственного расположения духа, и что заливистый смех, импонирующий затейливым одеяниям, не мог оставить старого сластолюбца равнодушным. О Талос всемогущий, пусть хоть раз она решит просто так порадовать своего господина цветущей красотой…
-Мой ярл, я прибыла к вам с важными вестями – рапортовала она, опустившись в реверансе.
-Не сомневаюсь, Сигюн, я весь внимание. Как идет работа над манускриптом?
-В общем неплохо, но мне довелось отвлечься…
Девица чуть приоткрыла рот и уставилась распахнутыми глазами на Буревестника, ожидая его реакции. Отчасти прием сработал, ее очаровательная непосредственность сперва смягчила гнев ярла, который и впрямь без претензий поинтересовался:
-Что же привлекло твое внимание? Девочка моя, я ведь однозначно дал понять, насколько важно это задание.
Глава 7
Сигюн подошла ближе к трону и одарила Буревестника пылким взглядом, на который он ответил, лишь недоверчиво вздернув бровь.
-Вы ведь наверняка что-то слышали о масках драконьих жрецов? Недавно мне в руки попал крайне любопытный документ, благодаря ему я обнаружила предположительное местонахождение реликвии Хевнорак, носитель которой будет всецело защищен он ядов и болезней. Учитывая обостряющуюся обстановку на фронте, подобный предмет в вашем арсенале…
-Довольно. – промолвил Буревестник, устало покрывая рукою лицо – Сигюн, ты не в себе? Мы обязаны в кратчайшие сроки представить народу законность моего восхождения на престол, и вместо этого ты занимаешься подобными глупостями? Если бы я знал тебя недостаточно хорошо, то обвинил бы в диверсии.
-Милорд, как вы можете говорить такое?
Она встрепенулась, и стиснула зубы, проявились жилки на ее тонкой шее. Ульфрик тяжело вздохнул, с трудом сдерживая желание тотчас разгромить ее идиотскую затею в самой грубой форме. Такого ребячества он не мог ожидать от человека, беспрекословно исполнявшего приказы прежде.
-Даже не вздумай со мной спорить. Немедленно отправляйся заниматься делом, и чтобы я больше не слышал об этих глупостях. А еще забудь про лизоблюдский имперский этикет, меня от него тошнит.
Ярл откинулся на спинку и скрестил руки на груди, выражая полное непринятие ее стратегии действий. Сигюн тотчас буквально вскипела, она мотнула головой, так, что подвески на ее рыжих косах отрывисто звякнули, сейчас ее обида за отношение к порою непосильным трудам вылилась через край. -Ах так! Тогда слушай сюда, Ульфрик Буревестник. Никогда нельзя зацикливаться на единственной цели, особенно если ее достижение сейчас не зависит от тебя самого. И именно моя преданность Скайриму не позволяет мне слепо довериться компании чужаков, которым ты отдал честь отправиться за реликвией.
-Замолчи. – его низкий утробный голос прорезал воздух подобно стальной секире, вмиг тон ярла стал леденяще спокойным. – Верисе Эгвин я доверяю даже более, чем себе, и ты обязана это принять за истину.
Сигюн исполнила его приказ, но как… задрала подбородок и сжала подрагивающие от злости губы, рефлекторно вцепившись пальцами в ткани новенькой юбки. О, несомненно, в ней текла кровь драконопоклонников, доведенная до исступления она наконец-то проявила ярость, как пылали ее глаза, как вздымалась грудь, передавленная тугим рантом. Но ведь на самом деле, чего ей могла стоить такая наглость? Ульфрик недолюбливал спесивцев, и ему страшно захотелось наказать девицу по всей строгости.
Однако кто бы мог подумать, какой оборот примут его мысли. От внезапной ассоциации рассудок будто помутился, и ярл представил, как непослушная девчонка лежит животиком у него на коленях, задрав восхитительный белый зад, который так и напрашивался на звонкий шлепок. Буревестник утих и ощутил, как кровь отливает от лица видимо к…