-Громче.
-Но все услышат…
-Мне плевать.
Прорычал он и глубоко вошел в нее, не отпуская огненные пряди из крепкой хватки. Получив дозволение, красавица перестала себя сдерживать. Ее завораживающе мелодичные стоны разливались по согретой солнцем и страстью спальне. Усладившись голосом возлюбленной, Ульфрик поймал ее очередной возглас глубоким поцелуем, который прервал лишь когда перестало хватать воздуха, и то, как она пошалила с его языком в очередной раз приятно удивило ярла.
Желая растянуть удовольствие, ярл отстранился от Сигюн и помог ей перевернуться на живот, теперь платье на самом деле только мешало и его пришлось впопыхах стянуть и скинуть на пол. Не в силах удержаться от такого соблазна, Ульфрик, упиравшийся коленями в постель, притянул к себе обнаженную красавицу, восхищаясь прикосновениями к гладкому разгоряченному телу. Однако нежность его касаний была мимолетна, ярл настойчиво подтолкнул девицу, и та склонилась в коленно-локтевой позе, игриво приподняв манящую округлую попку. Буревестник ощутимо стиснул ее бедро, а после звонко шлепнул по упругим ягодицам, со странным наслаждением наблюдая за тем, как на нежной коже остается еле заметный красноватый след. Она опять все приняла… что за демоническая сущность в ней таится, они в первый раз занимаются любовью, и Сигюн уже всем своим видом дает понять, что наслаждается любыми его пожеланиями.
Разгоряченное самолюбие Ульфрика вновь пробудило в нем животную похоть. Сигюн ощутила, как нетерпеливо ярл вошел в нее, отчего вцепилась в подушки и прикусила губу. Однако вскоре его движения стали слишком рьяными для тесноты ее чрева, девица уперлась ладонью в его ногу и дрожащим голосом шепнула:
-Тише.
Но ярл не унимался, по неясной причине эти слова лишь подстегнули его, он вновь ухватился за ее волосы и уже с трудом мог контролировать амплитуду своих движений.
-Ульфрик!
Вскрикнула она, когда явственно почувствовала боль. Буревестник остановился далеко не сразу, довершив еще несколько напористых толчков, он отстранился от нее, ощутив приступ ярости, туго сплавленной с вожделением. Его разозлило неповиновение, но оно же разжигало еще больший азарт.
-Тогда разберись с этим сама.
Ярл резко отстранился от своей пылкой любовницы и сам улегся на спину, прекрасно зная, что она поймет его намек. Девица с удовольствием, со странным аппетитом влезла на него и села сверху, блаженная улыбка тотчас коснулась губ ярла, каждое ее движение заставляло его пылать. Красавица умело подмахивала бедрами, моментами она просто скакала на нем, но иногда замедлялась, томительно сжимая его внутри. Ульфрик исступленно ласкал ее грудь и бедра, он чувствовал, что постепенно приближается к своему пику, вскоре к ее мелодичным вдохам добавились его утробные стоны, звучавшие удивительно гулко и резонирующее.
Сигюн стал сводить с ума его голос, даже в повседневности она замирала от его звуков, но теперь, когда их провоцировала обоюдная страсть… Не в силах преодолеть истому, она наклонилась вперед ,легла ему на грудь и прильнула щекой к колкой черной бороде, беспомощно впиваясь непослушными руками в плечи ярла, ее обуревали эмоции, организм был подчинен шквалу острых ощущений. Девица безмерно захотела скорее достичь вершины блаженства, она шепнула на ухо возлюбленному:
-Я не в силах терпеть, мой ярл…
-Да что ты, а может еще немного?
Спросил он со сталью в голосе, хоть и задыхаясь от похоти. Но после все же сжалился и взял на себя инициативу, он обхватил ягодицы Сигюн, приподнимая ее своими руками, и в то же время сам стал быстрее двигаться навстречу. Ульфрик уже с трудом сдерживался сам, но сейчас был готов на все, чтобы доставить ей удовольствие… результат не заставил себя долго ждать. Вдруг девица протяжно и громко застонала, ощущая, как по ее чреву разливаются сладостные импульсы, заставляющие мышцы сокращаться, колкое тепло разошлось по телу, и она безвольно обмякла, заметно вздрагивая.
Невозможно описать, что ощутил Ульфрик в этот момент, он даже позабыл о собственной истоме, сковавшей мышцы, когда его возлюбленная так бурно получила удовлетворение от их соития. Он нежно прижал к себе Сигюн и ласково провел ладонью по ее бедру, с огромным удовольствием отметив, как даже от легкого касания дрожат ее ножки. Это было его целью и лучшей наградой, это было неописуемо торжественно и прекрасно – любые сомнения канули в бездну, между ними больше нет никаких преград и они – дар судьбы друг для друга. Ярл мог бы еще долго предаваться этой неге, но пульсирующий член и отлившая от лица кровь все еще не давали сосредоточиться на моральном аспекте, отрекшись от физического.