Девица еле успевала за угрюмым ярлом, что источал агрессию, в его настрое не было ничего общего с тем высокомерным и уравновешенным правителем, что днем предстал перед гостями. Когда они уже оказались наедине в коридоре, что вел в опочивальню, Сигюн не сдержалась и, едва догнав Буревестника, дернула его за плащ. Он развернулся и, одной рукой обхватив ее тонкие запястья, прижал ее к стене, преградив путь к отступлению. Во хмелю он не заботился о том, что может сильно испугать возлюбленную, ярл был очень зол… на ее нахальное поведение, на неподобающий выбор общества, в конце концов, на то, что ему сегодня не принадлежала ее пряная красота и даже ночь любви вот-вот могла быть списана со счетов.
-Что на тебя нашло? Я места себе не находил, неужели ты не могла хоть раз в жизни не устраивать мне дополнительных сложностей?
Выпалил он, легонько тряхнув ее, не выпуская из стальной хватки.
-Ах вот оно что… - ответила девица, и тотчас ее глаза снова наполнились слезами – Ты еще смеешь винить меня? А, в общем, плевать, отпусти.
Она несильно ударила его в грудь кулаками и попыталась вырваться. Ярл теперь не на шутку испугался, и на смену его гневу пришла тревога, он потянул девушку на себя и крепко прижал ее к груди.
-А ну успокойся, обсудим все в покоях, здесь нас могут услышать.
-Я больше не приближусь к ним.
Промолвила она, уже совсем переходя на плач. В своем нынешнем состоянии Ульфрик точно не собирался оставлять этот вопрос неразрешенным. Он в мгновение подхватил возлюбленную на руки, отчего пышное платье красавицы взмыло в воздух, и направился в опочивальню. Девушка брыкалась и шумно хватала воздух, это противостояние гасило ее слезы, превращая печаль в злобу.
-Я сказала, что не пойду туда!
-А ты и не идешь.
Ответил он, не желая больше спорить с угрозой быть обнаруженными.
Глава 14
Лишь зайдя в покои, Буревестник поставил Сигюн на ноги и запер дверь на засов. Вновь обернувшись к ней, отстраняясь от выхода, он совсем растерялся, увидев раздражение и ярость в ее взгляде, сдавленная грудь ходила ходуном, а окрашенные басмой, по обычаю предельцев, острые ногти впились в стиснутые кулаки.
-Ты сам пожелал этой беседы и теперь все мне объяснишь.
Она хищно подалась вперед, вытянув шею, и ошарашенный ярл, к своему удивлению, отступил под натиском.
-О девятеро, да о чем ты в конце концов…
-О тебе и твоей советнице! Ульфрик, разве это справедливо!? – срывалась она на крик – Дивные украшения, романтические баллады, ведя ее под руку, ты дальше носа собственного не видел…
И тут наконец-то Буревестнику все стало ясно. Внезапно он понял, как со стороны могло выглядеть его общение с Эгвин – каким же он был идиотом, стоило заранее объяснить абсолютно дружеский и даже родственный характер их отношений, чтобы избежать таких казусов. Ярл без затруднений представил себя на месте оставленной им Сигюн и ужаснулся тому, что она могла испытать на этом никчемном празднике.
-Любовь моя… - обратился он, протянув к ней руки, в попытке сократить дистанцию, но взбудораженная девица вновь отступила и молниеносно бросила об пол хрустальный графин, что стоял неподалеку на полке, загнанная в угол она не ведала, что творила – Просто выслушай! Меня и Верису объединяет исключительно многолетняя дружба, между нами никогда не было романтических связей и все внимание ей я дарю как родной сестре, что много лет берегла меня от опасностей.
-Да что ты говоришь!? – воскликнула она, снова с трудом сдерживая слезы – Знал бы ты, о чем шептались подданные, все одобрительно секретничали о вашей высокой любви, что тянется через года, а вы кормили этих дрянных сплетников, подбрасывая дров в огонь!
Ульфрик все же смог настигнуть обуреваемую ревностью девицу, он физически ощущал ее терзания и глубоко раскаивался в своей беспечности, ведь прекрасно знал, каково это – быть на ее месте. Всякий ее побег в казармы он стал воспринимать чуть ли не как личное оскорбление, хоть и знал, что Сигюн ни с кем не общается тет-а-тет. И о чем же могла подумать несчастная, когда он на час заперся со своей советницей, а затем они гордо появились на празднике рука об руку, в то время как на Верисе уже красовался редчайший янтарь. Да и после львиную долю внимания он уделил именно ей – все же они излишне редко встречаются, а в этот раз советница снова совершила подвиг во славу Братьев Бури и заслужила почести. Однако все это попросту необходимо было объяснить заранее… Ярл попытался обнять красавицу, но снова получил толчок в грудь, запрокинув голову он шептал.