— Сколько вопросов… — Задумчиво протянул Авар. — И все идиотские до невозможности. Почему собрались на этой поляне? Потому что она для этого была более или менее подходящей. Какова была наша цель? Такая же, как и всегда. Уничтожение Серпетриона, уж это ты должен знать, раз так много слышал о нас… Серпетрион набрал огромную силу…. если в ближайшее время его не уничтожить, он распространит свою власть на весь этот многострадальный мир…
— Но каким именно образом вы собирались это сделать?
— Узнаешь в своё время…
— Ты что, мне не доверяешь? — Оскорблёно вскинулся юноша.
— Дело не в этом, Рамон. Просто всему своё время…
— Так что же нам теперь делать?
— Для начала следует набрать новых учеников… хотя нет, для этого у нас слишком мало времени. Требуется набрать отряд. Небольшой. Десятка три. Но это должны быть лучшие из лучших.
— Но для чего нам это нужно?
— Всему своё время, юноша. Всему своё время… спи. Скоро тебе понадобится много сил…
Наутро Авар растолкал заспанного Рамона и заставил его продолжить путь, а уже на следующем привале приступил к его обучению.
— Как у тебя с воинским искусством?
— Не знаю… в армии нас учили драться…
— Был в реальном бою?
— Да недавно у нас была стычка с туннакрцами…
— А понятно… ты, дорогой мой, дезертир…. Ну да мне на это, честно говоря, наплевать… Армейская школа это, конечно, хорошо, но… Ну-ка становись в стойку. Посмотрим, на что ты сгодишься.
С этими словами Авар плавно поднялся с колен, и Рамон нехотя последовал за ним.
— Ну и что я должен делать?
— Что-что, нападай.
— С мечом?
— Нет, давай пока без оружия, поглядим на твои навыки кулачного боя.
Юноша попробовал вяло нанести пару ударов, но Авар легко от них увернулся, а затем неожиданно жёстко пихнул Рамона ладонью в лицо, отчего тот тут же растянулся на земле.
— Так дело не пойдёт. Соберись! — Рявкнул он на опешившего юношу. — Ты что с туннакрцами также дрался?
После этих слов Рамона внезапно пронзил острый приступ ярости, багровая пелена застлала ему глаза, и он атаковал уже всерьёз. Юноша наносил удары от души, но они были слишком размашисты и неумелы, так что Авару не составляло никакого труда уворачиваться от них.
— Так всё, ладно… — Плачущий поднял руки, призывая изрядно запыхавшегося юношу остановиться. — Так у нас с тобой ничего не выйдет… Ты эмпат, поэтому попробуй сейчас сконцентрироваться и настроиться на мою энергетику. Чувствуешь?
— Нет…
— Давай, пробуй лучше, как говорится терпение и труд… Ага вот, пошло дело. Теперь повторяй за мной…
С этими словами Авар провёл серию быстрых ударов кулаками по воздуху. Рамон с секунду поколебавшись, осторожно повторил его движения.
— Для начала неплохо, но нужно делать резче, давай ещё разок.
Юноша вновь повторил за Аваром уже знакомую связку, и на этот раз у него получилось намного лучше. Он как бы чувствовал наперед, какое именно движение и как именно сделает Плачущий в тот или иной момент, так как он был эмпатом.
— Молодец. Это как раз то, что я от тебя хотел. И на будущее учти, само главное в драке это скорость. Поэтому не наноси размашистые удары, лучше подойдут короткие и резкие как вспышка молнии. Действуй максимально быстро и максимально жёстко и тогда ты победишь, понял?
— Понял…
— Вот и молодец. На сегодня всё. Собирайся. Нам предстоит долгий путь…
Прошагав весь день, путники (по крайней мере, Рамон) изрядно выбились из сил, и Авар предложил юноше заночевать в близлежащей деревеньке.
— Заодно и провизией разживёмся, а то ты без кормёжки ноги протянешь быстро…
При ближайшем рассмотрении деревенька оказалась совсем крохотной, всего четыре десятка дворов.
Путники не стали долго выбирать, куда именно попроситься на ночлег и постучали в ближайшую избу. Дверь открыла совсем ещё молоденькая заморенная девушка со светлыми волосами и очень печальными испуганными глазами.
Авар при виде неё неопределённо дернул щекой, а лицо его приняло донельзя зловещее выражение. Тем не менее он довольно приветливо улыбнулся хозяйке и вежливо спросил.
— Можно мы переночуем у тебя, красавица? Нам много не надо, кров да стол, к тому же мы можем щедро заплатить тебе за ночлег. — Плачущий для убедительности потряс перед девушкой довольно увесистым кошельком, в котором приятно позвякивали золотые и серебряные монеты.
— Не знаю, дедушка не любит когда к нам захаживают чужие… Он очень болен…