Вот какой-то воин из числа защитников деревни ринулся в сторону Теллона, но вождь не стал дожидаться сближения и изо всех сил метнул своё лёгкое копьецо прямо в шею сородичу отчего тот немедленно рухнул на землю, разбрызгивая кровь. Его товарищ, видя, что убийца остался безоружным в свою очередь налетел на предателя, однако тот, непостижимым образом извернувшись в воздухе вцепился своими острыми зубами в загривок соперника и одним движением мощных челюстей сломал ему позвоночник.
Покончив со вторым противником, вождь остановился, чтобы слегка перевести дух и неожиданно столкнулся взглядом с одним из детёнышей, возле гнезда которого он оказался. Теллон замешкался лишь на миг, на и этого хватило ребенку, чтобы плюнуть отравленной иглой прямо в глаз предателя.
Вирра пронзительно заверещал от боли и камнем рухнул вниз. Когда его тело ударилось о землю, он был уже мёртв…
А битва всё продолжалась. Отряды Равильона за это время уже порядком потеснили крылатых воителей, вынудив их отступить к самому Древу Начал. Защитников деревни осталась жалкая горстка, и теперь им приходилось лишь уповать на чудо…
А тем временем в гигантском дупле циклопического Древа разворачивалось поистине удивительное зрелище. Около полусотни воинов народа вирр образовали огромный круг, в центре которого верховный шаман нараспев читал заклинания.
По мере того как звучали могучие исполненные Силы слова на почти забытом древнем языке вирр, громадное древо как будто бы оживало. Стены его ствола приходили в движение, издавая какой-то неясный гул.
— Эр арна герверга хор! — Наконец истово выкрикнул седой шаман и изо всех сил вонзил корявую острую ветку, которую до этого сжимал в руках себе в грудь. Брызнула кровь и как только она соприкоснулась с полом, из поверхности ствола на стоящих воинов со всех сторон устремились жадные розоватые щупальца, охватывая несчастных и заживо пожирая их тела.
Раздался низкий довольный гул, и потрясённые воины Равильона увидели, как огромное Древо внезапно вытащило из земли свои толстенные корни, которые тут же принялись оплетать ствол со всех сторон. Тёмная кора начала стремительно заменяться бугристой розовой плотью и уже через несколько минут потрясённые участники битвы увидели на месте Древа Начал гигантский кокон, который то и дело содрогался изнутри, как будто кто-то или что-то упорно пыталось выбраться наружу.
Толчки становились всё сильнее и, наконец, гигантский кокон с мокрым чавкающим звуком лопнул. Во все стороны полетели громадные ошмётки розовой плоти, погребая под собой не успевших вовремя укрыться воинов, причём как с той, так и с другой стороны. Теперь на месте уничтоженного кокона расправляло крылья поистине ужасающее создание, вырвавшесе, казалось, из самых глубин ада.
— А вот и божество летунов… — Заворожено протянул первый маршал, во все глаза глядя на появившееся диво. — Во всём своём сраном великолепии…
Его розоватое тело было покрыто редким коричневатым мехом, торчащим во все стороны неопрятными клоками. Тварь имела четыре конечности и сильные развитые крылья.
Жуткая пасть, усеянная сотнями острейших клыков, была, казалось, способна перекусить разом несколько стволов столетнего дуба. Но самым ужасным было то, что бестия, казалось, состояла из множества тел, в которых не без труда угадывались чудовищно изуродованные тела воинов, пошедших на добровольную жертву.
Зыркнув во все стороны своими громадными налитыми дикой злобой кроваво-красными глазами, чудовище издало кошмарный рык, больше похожий на рёв чудовищного урагана. От этого звука все без исключения воины попадали на землю, зажимая уши. У многих из них лопнули барабанные перепонки, и теперь они только и могли, что беспомощно ползать, не в силах даже добраться до хоть какого-нибудь мало-мальски надёжного укрытия.
А тем временем тварь, решив, что она достаточно ознакомилась с новым местом своего обитания, совершила гигантский прыжок и одним движением могучих челюстей подцепила сразу с десяток воинов Эомара.
— Проклятье, некроманты! — Злобно рявкнул Равильон на растерявшихся магов. — Заснули что ли?!
И те тут же сбились в круг, готовя какое-то заклинание. Первый маршал вновь грязно выругался. Кошмарное порождение магии вирр не собиралась останавливаться на достигнутом и довольно резво носилось по поляне, убивая его воинов десятками. Правда, надо отдать ей должное, оно не делало разницы между противниками и пожирало вирр с той же охотой, с какой и обезумевших от ужаса людей.