Та подняла взгляд и весело улыбнулась.
– Пойдем, – сказала она. – Людей надо воодушевить перед тем, как все начнется.
В тусклом свете ее темные волосы казались практически черными, заводская копоть только усиливала впечатление, кожа выглядела смуглой.
Лира никогда не пыталась отделить себя от людей, пусть даже и происходила из образованной семьи – отец был мастером-стеклодувом. Но внешне она была такой же, как все рабочие. Одежда, внешность, поведение – такие же, каку ее последователей.
«Нет, – поправил себя Лартен, отступая и давая девушке пройти в узкую дверь. – У ее армии».
Историю Лиры знали все: три года назад в ее квартале вспыхнула эпидемия, и губернатор, недолго думая, приказал просто уничтожить городской блок. Выжила только она, чудом бежала от пламени. Как она сама говорила – этот огонь разжег искру в ее душе.
И пламя души она смогла передать другим.
Правлением династии Реймонов были недовольны многие, но как восстать против освященной Императором власти? Как выступить против СПО, Адептус Арбитрес? И вообще, как договориться друг с другом?
У Лиры были ответы на все эти вопросы.
Командиры ячеек восстания собрались в цеху заводского блока С-18. Рискованно приходить сюда, но передачи можно было перехватить, а слова Лиры необходимо было донести всем.
Поднявшись на небольшое возвышение, девушка оглядела своих подчиненных – рабочих, бывших преступников, вышедших в отставку ветеранов. Тепло улыбнулась каждому.
– Друзья, – сказала Лира. – Можете не верить, но час близок. Тот час, которого мы все так давно ждали; династия Реймонов отринула справедливость Императора, и лишилась права на власть. Но теперь Свет пребудет с нами…
Она сделала паузу, позволяя командирам отозваться – и те дружно произнесли:
– Свет Звезд льется на нас!
В улье Коридиан издревле почитали звезды – планета была расположена в том участке Галактике, где небо всегда сверкало мириадами огней. Все знали, что свет небес дарует Коридиану сам Император.
– Истинно! – глаза Лиры сверкнули воодушевлением. – Пламя свободы, которое мы разожжем, должно вспыхнуть лишь единожды – тогда с небес явятся те, кто воплощает собой звездное сияние. Ангелы Императора, Адептус Астартес. Я уверена в этом. Я знаю это.
Командиры не сводили глаз с Лиры – столь уверенной, столь обаятельной. Люди уже давно шептались о том, что она вдохновлена Императором, что она святая или может стать святой. Лартен в это верил всем сердцем.
– Они придут, – продолжала Лира, – и окончательно выжгут гниль, что поразила правителей нашего мира. Но Воины Звезд помогают лишь тем, кто первым сделал шаг к ним, и мы просто обязаны первыми потянуться к свету, что льется на нас с небес.
Лира сошла с возвышения и обошла командиров, глядя каждому в глаза и вручая небольшую звезду из темно-синего стекла. Единственное, что она сумела вынести из отцовской мастерской – и что сделала символом своего движения.
– Эти звезды осветят нам путь, – хрипло сказал пожилой ветеран. – Не хуже настоящих!
– Настоящие звезды горят в ваших сердцах, – улыбнулась Лира. – Эти же – всего лишь их отражения.
Командиры с энтузиазмом кивнули. Лира посерьезнела:
– Но помните – если Реймоны такое творят со своим народом, то они могут окончательно предаться ереси, и обратить оружие против звездных воинов.
Все вздрогнули, однако Лира одарила собравшихся успокаивающей улыбкой.
– Мы успеем лишить губернаторский род власти гораздо раньше. Только старайтесь убивать тех, кто сражается с вами – а других оставляйте в живых.
– Даже слуг губернаторских прихвостней? – вскинул голову Лартен.
– Мы же не аристократы, которые могут тратить любые средства, – напомнила Лира. – Мы должны уметь пользоваться всем, что у нас есть – включая людей.
Лартен кивнул, признавая справедливость сказанного.
– Вы знаете план, – сказала Лира. – А теперь идите – и Свет Звезд прольется на вас!
Ночь приходит в город, и вместе с ночью являются кровь, смерть и страдания. Темнота взрывается множеством криков и грохотом выстрелов, но все впустую. Охотники или слишком хорошо защищены, или слишком быстры.
Те, кому удается разглядеть их вблизи, цепенеют от страха и возносят молитвы Императору, но это не помогает. Набожные умирают первыми и слышат смех, когда острые когти и клинки раздирают их на части.