Конечно, немалую часть времени и сил пришлось потратить на обеспечение скрытности. Идея возрождения многими считалась еретической, так что надо было действовать в тайне от всех, исключая самых доверенных.
Но теперь они были близки к финалу. Исполинские генераторы питали энергией комплекс – в их числе был и громадный генератор, установленный в зале. Измененные псайкеры и усиливающая аппаратура нацелились на свет Астрономикона, копируя психическую сигнатуру Императора. В центральной камере проходили обработку биомасса и капли крови Повелителя Человечества, с таким трудом добытые с хартий древнейших торговых династий.
Да. Они были на пороге величайшего триумфа.
Гильгамеш снова запустил поток данных перед глазами, и внезапно нахмурился. Что-то не так. Что-то совсем не так, этого не было…
– Штурмвораус! – вскричал он.
– Что? – спросил Тарвек, выглянув сверху.
– Как это понимать?! – взревел Гильгамеш. – Ты что посмел добавить к коду формирования?!
– А, ты наконец-то заметил… – высокомерно протянул Тарвек. – Я добавляю Возрожденному дополнительную защиту от сил Хаоса.
– Ты с ума сошел, пытаться модифицировать такое тело?! – возмутился Гильгамеш. – Да еще касаясь Хаоса, пусть даже и защитой?
– Вульфенбах, ты не… – Тарвек осекся, глянув на экран. – Это еще что… Вульфенбах!! Что это еще за «сканирование варпа»?!
– Я добавил прибор, который может питать Императора дополнительной верой, – машинально ответил Гильгамеш.
– Ты сдурел призывать варп именно сюда?! – возмутился Тарвек.
Они помедлили секунду, осмысливая происходящее, и дружно заявили:
– Надо прекратить подготовку и отключить твой модуль!
Посмотрели друг на друга с изумлением и так же дружно заявили:
– Я тебе не позволю!
Снова последовала пауза. Гильгамеш первым шагнул к многообразию пультов – но Тарвек тут же спрыгнул вниз, выхватывая из-под мантии болтер. Вскинул его и замер: в руках Вульфенбаха уже мерно гудел готовый к бою плазмаган.
– Ничья? – ехидно спросил Гильгамеш.
– Никоим образом, – покачал головой Тарвек. – Виолетта?
Гильгамеш вздрогнул. Девушка в одеяниях ассассина Храма Каллидус возникла из теней прямо у него за спиной. Силовой клинок прижался прямо к еще органическому горлу Вульфенбаха.
– Что скажешь? – с превосходством улыбнулся Тарвек.
– Два слова, – угрюмо ответил Гильгамеш. – Сестра Зита.
– Что?.. – удивился Тарвек, и тут же у него за спиной загудели силовые мечи.
Архимагос еще успел развернуться – но больше не успел и не посмел ничего. Острия двух активированных мечей остановились в нескольких миллиметрах от его глаз, а улыбка зеленовласой Сестры Битвы в полной броне намекала: ударить она успеет.
Снова ничья. На какой-то миг повисла тишина.
И в этот момент двери зала просто снесло взрывом, помещение заволокло облако дыма.
Изумились все четверо – такого развития событий никто не ожидал. Виолетта даже выпустила Гильгамеша, а Зита повернулась, убрав клинки от глаз Тарвека.
– Остановитесь, о злодеи! – прогремел голос, с легкостью перекрывший гудение машин. – Пришел конец всем планам, которые вы посмели измыслить!
– Это еще кто? – потрясенно спросил Гильгамеш.
– Ну как же, – сквозь дым проступила могучая фигура, блеснули аугметические глаза. – Не кто иной, как ОТАР ТРЮГВАССЕН! Джентльмен-инквизитор.
Гильгамеш Вульфенбах и Тарвек Штурмвораус отличались по характеру, внешности, происхождению и вооружению. Но отреагировали они абсолютно одинаково.
Плазмаган и болт-пистолет полыхнули одновременно – однако Отар вовремя прянул в сторону, и пострадала только стена.
– Этого мало, чтобы сразить Отара Трюгвассена! – прогрохотал инквизитор. – Всего лишь два орудия?
Гильгамеш и Тарвек даже не посмотрели друг на друга – но их мантии опали на пол, а из-под них развернулось множество мехадендритов. И каждый из них был увенчан лазганом, инферно-пистолетом, иглометом или шокером.
– Гм, – признал Отар. – Вот так уже ближе.
Воцарился хаос. Разнообразные снаряды и сгустки энергии хлестали по всему залу (к счастью, большинство приборов было защищено). Ассассин и Сестра метались между громоздких блоков, пытаясь достать инквизитора клинками. Отар, однако, проявил свой знаменитый талант к выживанию: он все время ухитрялся оказаться чуть в стороне от зоны поражения, и метнуть в ответ что-то тяжелое.