В тот вечер, когда происходит мое повторное знакомство с Драко Малфоем, я внезапно осознаю, что же еще, помимо разлитых в воздухе агрессии, угрозы и недружелюбия, так тяготит меня в жизни на острове. Я практически никогда не бываю один, да что там один, вокруг меня постоянно присутствует масса людей, которым что-то от меня нужно — присмотреть за печью, разнести заказы, отдать распоряжение, придраться к чему-нибудь, поныть, наконец. За последнее целиком отвечают Нев с Роном, видимо, изводящие друг друга целыми днями жалобами на жизнь и нелегкую долю корабельных рабов, а глубокой ночью, если, разумеется, они еще не спят, горестно рассказывающие мне, кто и что им сказал и как при этом посмотрел. По крайней мере, Рон не затрагивает тему Гермионы… Ко всему прочему Нев еще и решил, что жить вместе с нами ему будет удобнее, так что после установки третьей кровати посреди хижины и так небольшое пространство стало напоминать ночлежку. Но я, привыкший к абсолютно лишенной удобств жизни, воспринимаю это совершенно спокойно, не ощущая нашу скученность как тяжесть, постоянно давящую на плечи. И, как это нередко и случается, понимаю, чего же мне недостает, совершенно внезапно, когда Драко, с которым мы пару минут сидим на пороге нашей хижины и курим, вдруг предлагает:
- А пойдем прогуляемся.
- Куда? Темно уже.
Меня несколько удивляет его предложение, ночь накрывает остров практически мгновенно, так что без факела далеко нам не уйти, даже несмотря на то, что у Драко есть палочка — света от обычного Люмоса слишком мало, а расходовать силы на более мощное заклинание, согласитесь, ради какой-то прогулки несколько обидно, пусть даже ты и зовешь пройтись с тобой до дальнего пляжа бывшего героя магического мира.
- Засветим что-нибудь, — беспечно говорит Драко.
Мы некоторое время молча идем в сторону пляжа, и я вдруг понимаю, что ужасно рад. Рад, что ушел хоть куда-то из маленького круга, очерченного нашим домом и таверной, от беспросветных разговоров с Невиллом и Роном, от необходимости объяснять им, почему это у меня вдруг выдался свободный вечер и отчего я провожу его не с ними, а с бывшим слизеринским принцем. Может быть, потому что мы оба бывшие — бывший герой, бывший принц… Хотя его папенька сегодня кричал на всю таверну, что у его сына прекрасное будущее. Пока что у Драко, как мне видится, только одна перспектива — стать королем обезьян на этом острове, но вслух я об этом не говорю.
Я не знаю, о чем мне можно спрашивать его, и он тоже поначалу осторожен и немногословен. Но он пришел благодарить, хотя я и не вполне понимаю, за что. И он продолжает это делать.
- Драко, хватит, — наконец, не выдерживаю я. — По-твоему, я должен был стоять и смотреть, как твой отец убьет Вудсворда, или как они изувечат друг друга на глазах у Кейт? Все равно же непонятно, что теперь делать. Вудвсорд вот таверну закрыл.
Драко неожиданно смеется.
- Между прочим, ты даже не представляешь себе, какая это катастрофа.
- Никто не напьется хотя бы один вечер? Не станет орать спьяну песни и лезть драться? Девицы в борделе сойдут с ума от бессонницы?
- Гарри, — младший Малфой смотрит на меня, улыбаясь моей непонятливости, — ты не думал, что если таверна закрыта, то большинству здесь просто банально негде есть? Если бы мы с тобой пошли в другую сторону, ты бы увидел, что половина народу сегодня вынуждена устроить барбекю за своими домами, а другая половина, только увидев на таверне надпись «закрыто», пообрывала все фрукты с деревьев в радиусе пятидесяти метров.