Улучив момент, Алоис незаметно протягивает мне клочок пергамента:
- Это вам с Кейт, пришло с огородов, — и он многозначительно подмигивает.
Да, похоже, хоть мы и не ожидали огласки, некоторый резонанс вчерашнее происшествие все же иметь будет. Я разворачиваю записку: «Дорогие Драко, Кейт и Гарри! Я не знаю, как мне благодарить вас! Маркус жив, я варю ему зелья. Хорошо, что здесь у меня все под рукой. Надеюсь, мне удастся его вылечить, хотя, шрамы, вероятно, полностью и не сойдут, но сейчас это последнее, что меня волнует. Надеюсь, у вас все хорошо. Со мной никто не разговаривает, но мне абсолютно плевать, пусть подавятся. Если сможете, навестите нас. Ваша П.П.» Я молча передаю записку Кейт и вижу, как улыбка скользит по ее лицу.
- Значит, мы все-таки молодцы, правда? — тихо говорит мне она. — Все было не зря. Только вот Драко…
- Кейт, папенька его, конечно, скор на расправу, но не убил же он его. Успокойся.
Она только вздыхает.
- Кейт, а что было делать? Думаю, Драко понимал, чем для него это может обернуться. Он же не маленький.
- Ну, да.
А что тут еще можно сказать? Она грустно смотрит на меня.
- Эй, молодые люди, а кто будет расставлять тарелки? — покрикивает на нас Вудсворд, и мы бросаемся в зал, где столы уже покрыты скатертями, и на них уже в ряд выстроились бокалы и кувшины с вином, большие бутыли с ромом и прочими напитками, которые будут сегодня потреблены без меры и без остатка.
Действо начинается где-то около четырех — пираты небольшими группками, тихо переговариваясь, начинают заполнять таверну. Мы снуем между залом и кухней, мы договорились, что ни я, ни Кейт сегодня не станем приближаться к обоим капитанам, так что центральная часть, где восседают Малфой, Довилль и прочие крупные хищники, сегодня полностью под опекой Лиз, Вик и Алоиса. Вудсворд вообще предпочитает, чтобы Кейт сегодня вечером не покидала пределов кухни. Драко нигде не видно. Похоже, у Малфоя старшего тяжелая рука…
Я не слышу, о чем они говорят в зале, так, обрывки, но, кажется, они отдают должное героизму господ Долохова, Мальсибера и Эйвери, так безвременно павших от рук авроров (я бы сказал — бездарно поплатившихся жизнью за глупое разграбление чужих поместий), вспоминают их подвиги еще во времена служения Темному Лорду… Что ж, это тоже их право. И довольно долго все это поминальное застолье выглядит весьма пристойно. Но, чем ближе к закату, тем громче становятся голоса, грубее речь. Неудивительно, при том количестве напитков, которые Вудсворд первоначально выставил на стол… А сколько было принесено еще и после… В общем, к тому моменту, когда солнце погружается в море, трезвых в зале уже не остается. И вот, когда ночь сменяет день, они решают, что пришла пора еще раз стоя вспомнить усопших, кубки, бокалы и кружки наполняются по новой, и со стороны их столов раздается нестройный хор голосов, требующий, чтобы все, абсолютно все, то есть и те, кто до этого момента не присоединился к всеобщей скорби, тоже выпили за упокой павших героев. Меня передергивает от одной мысли, что и мне придется поучаствовать в тризне по трем бывшим Упивающимся, но делать нечего, Вудсворд кивает, нам всем придется выйти в зал. Кубок с вином оказывается в руках и у меня, но я твердо решаю, что пить за них я не стану. Не мне скорбеть по безвременно покинувшим нас Мальсиберу, Эйвери и Долохову, потому что, если бы мне представилась такая возможность, я бы собственноручно убил их еще тогда, возле Хогвартса. И ничуть бы об этом не пожалел.
Все встают, мы, стоящие сейчас возле прохода на кухню, невольно оказываемся на всеобщем обозрении. И когда все пьют, я пытаюсь незаметно отставить свой кубок на небольшой столик позади меня. Вудсворд, заметив, что я делаю, смотрит на меня с ужасом, но сказать уже ничего не успевает. Потому что мой нехитрый маневр замечает не только он.
Лорд Довилль оказывается прямо передо мной за какие-то несколько секунд, похоже, действительно обладая способность временно становиться ягуаром, совершая молниеносные броски. И он совершенно пьян, хотя стоит на ногах твердо. Но вот его глаза… Я никогда в жизни не видел его таким.
- Не пьете, Поттер? — спрашивает он меня почти ласково.
- Как видите, капитан.
- Блюдете трезвость?
- Я быстро пьянею, — я еще пытаюсь отговориться, хотя ясно понимаю, что из этого ничего не выйдет.
- Поттер, на этот раз Вам придется выпить.
- Я не стану, капитан, — говорю я ему и понимаю, что сейчас случится катастрофа, только вот пока не знаю, какая именно. — И Вы прекрасно понимаете, почему.
- Не станете?
Он держит мой бокал в руке, проходит секунда, другая, а потом он просто выплескивает его содержимое мне в лицо. Зал взрывается радостными криками, пиратская братия чуть ли аплодирует. Я чувствую, как струйки сбегают по моим щекам, подбородку, снимаю очки, потому что сквозь залитые стекла я все равно ничего не вижу, медленно протираю их краем футболки.