- Изменники!
- Казнить их!
- На рею их, Люциус!
Было бы забавно, если бы с другой стороны плаца сейчас раздались выкрики: «Свободу Поттеру, Уизли и Лонгботтому — узникам пиратского острова!». Но те, кто сегодня за нас, будут молчать, не осмеливаясь возвысить свой голос.
Сэр Энтони резко, словно римский император, вскидывает вверх правую руку, и все мгновенно смолкают. Он делает шаг в сторону, давая возможность выйти вперед капитану Малфою. Сиятельный Люциус сегодня вновь напоминает мне человека, которого я запомнил еще со времен Хогвартса. Именно таким — собранным и надменным — он в свое время пришел и к Вудсворду, дабы царственно объявить трактирщику, что его дочка не пара сыну капитана. Даже ворот шелковой серой рубашки сколот крупным драгоценным камнем. Конечно, я не так хорошо вижу на столь значительном расстоянии, но, когда он делает шаг вперед, солнечный свет ярко вспыхивает в бесчисленных гранях.
Капитан Малфой, бессменный распорядитель зрелищных мероприятий на острове… Любите публику? Если бы Вы жили в маггловском мире, Вы могли бы объявлять номера в концертах или, чем черт не шутит, играть на сцене. А восторженные барышни бежали бы к Вам после спектакля с букетами цветов. Вы бы посылали им воздушные поцелуи, выходя на поклоны, фотографировались, а наиболее настырные из поклонниц смело протягивали бы Вам записочки с номерами своих телефонов. Подумайте, господин капитан, еще не поздно все изменить. А Вы все прозябаете на задворках магического мира, загнали себя, прости Мерлин, под пальмы. К зеленым мартышкам…
- Господа! — его голос, даже не усиленный магией, легко достигает самых дальних концов просторного плаца, — вам всем уже, конечно, известно, что сегодня ночью была совершена попытка похищения Корабля. Изменники перед вами. Они, — картинный небрежный жест в нашу сторону, — были схвачены на месте преступления и во всем сознались. Все они были в свое время спасены из тюрем жителями Вольного острова! И вот чем они нам отплатили!
Толпа вновь пытается нестройно роптать, но никаких новых идей, помимо того, что нам место на рее, не порождает. Малфой перекрывает поднимающийся гул одним движением руки.
- Совет острова рассмотрел дело. Поттер, Уизли и Лонгботтом пытались совершить побег, нанести ущерб Кораблю, тем самым угрожая самому нашему существованию. Что скажете на это?
Боюсь, после слов капитана Малфоя простого повешения для нас будет явно недостаточно. Я бы сам голосовал за что-нибудь более весомое… Пиратское братство дружно выражает свое согласие, на разные голоса повторяя «измена», «изменники», «виновны». Так что Малфой старший, пользуясь всеобщим одобрением, продолжает, чуть возвышая голос, словно поворачивая ручку громкости на невидимом динамике:
- Их вина не вызывает сомнений! Каким же должен стать приговор?
Все это действо все больше напоминает мне концерт поп-звезды, я видел подобные пару раз по телевизору, еще когда жил с Дурслями. «Смерть им», «смерть изменникам», «на рею». Видимо, теперь вот правосудие свершилось окончательно — теперь мы, без сомнения, осуждены общим собранием. «Все меня слышат? Я не вижу ваши руки!» Тьфу, черт, опять не то.
- Вы все согласны, что изменники заслуживают смерти? — Малфой окидывает собравшихся взором полководца, ведущего на бой свою армию.
- Да, да, — радостно кричат эти взрослые дети, заигравшиеся в пиратов, — на рею их, капитан!
- Вы слышали приговор? — обращается он к нам, инстинктивно жмущимся поближе друг к другу под давлением этой общей, слепой и неразборчивой, ненависти.
Думаю, если я сейчас скажу, что мы не глухие и проблем со слухом не имеем, это не улучшит нашего положения. Так что приходится промолчать.
- Однако, согласно нашим законам, мы даем шанс на жизнь даже изменникам.
О, вот теперь Малфой переходит к более интересной части сегодняшнего утреннего мероприятия, потому что нам и так прекрасно известно, что мы заслуживаем смерти за попытку побега и угона Корабля. И если будут варианты, думаю, нам имеет смысл их рассмотреть.
- Совет острова постановил, что мы предоставим вам шанс выйти на поединок.
Толпа заинтересованно выжидает, теперь все они смотрят на нас, ненавидящие, равнодушные, просто любопытные взгляды жгут меня. Как могут Рон с Невиллом, не умеющие управляться с бичами, выйти сражаться? Даже Маркус, неплохо владевший этим видом оружия, не смог продержаться против Руквуда более десяти минут. Хотя… он и не собирался, он просто вышел тогда умирать. Нев и Рон не смогут и этого, в их случае поединок превратится в простое избиение, а потом медленную агонию на жаре без малейшего шанса…