- Все, хватит копаться, — командует Драко и еще раз придирчиво оглядывает меня. — Черт, джинсы немного длинноваты.
Он укорачивает их одним взмахом своей палочки, а потом вдруг, как громом пораженный, смотрит на мои очки.
- Не пойдет, — категорично заявляет он.
- Почему? — я не понимаю его недовольства, — я в них привык. Мне удобно.
- А если Довилль заденет их бичом, они упадут или разобьются? Ты будешь слепой, как крот! Снимай!
Мои очки перекочевывают на ворот его футболки, потому что он боится разбить их, положив просто в карман. А потом он накладывает на меня заклятие видения, как тогда, когда мы ныряли за пиратскими сокровищами.
- Все, давай, — напутствует меня он, не устраивая долгих проводов и прощаний.
- Спасибо тебе за все, — говорю я ему и улыбаюсь. В тот момент я практически уверен, что мы больше никогда не увидимся.
Когда я вновь ступаю на песок плаца, все мысли и сомнения покидают меня. Мне кажется, я вижу сейчас только одного человека — того, кого, похоже, сама судьба выбрала мне в противники. И та нить, что незримо связывала нас все это время, начинает сокращаться. Довилль стоит рядом с Малфоем, у которого мы оба должны взять бичи перед началом поединка, и смотрит на меня спокойно, чуть прищурившись, но на этот раз без малейшей издевки. Мне кажется, он сейчас видит только меня, как и я — только его. Остальных не существует — ни друзей, ни врагов, ни жадной до расправы и зрелищ толпы, ни Малфоя, протягивающего нам оружие. Так и должно быть — ты видишь только своего врага, потому что ты сейчас — пламя, в котором сгорает мир, чтобы возродится заново тогда, когда все закончится. Здесь и сейчас — а больше ничего нет.
Довилль чуть склоняет голову, обозначая поклон, я тоже повторяю его жест — так надо, мы разыгрываем пьесу, у которой есть зрители. Думаю, если бы нам с ним в жизни представился случай выйти вот так, один на один, мы бы не стали церемониться. В тот момент я свято верую в то, что он бросил вызов с одной целью — убить меня.
- Можете начинать, — командует Малфой, мы выходим на середину, и бег песка в часах начинается.
Первое, что я делаю — это несколько шагов в сторону, чтобы солнце не слепило меня, теперь оно сбоку от нас обоих. Он замечает мой нехитрый маневр, чуть усмехается:
- Начинайте, Поттер!
- После Вас, сэр!
Он кажется мне совершенно ненапряженным, движется мягко, как большая хищная кошка, так что я практически пропускаю его первый выпад и успеваю уклониться в самый последний момент, зарабатывая мгновенно вздувающуюся царапину на запястье. Черт, надо быть осторожнее — и я тоже позволяю себе первую пробную атаку. Он успевает отступить чуть вбок, абсолютно неуловимое движение, будто он мгновенно исчезает и вновь материализуется буквально в нескольких сантиметрах от того места, где только что был. Да, мне достался непростой противник, к тому же он еще и выше меня, что, однако, дает мне и определенные преимущества. Как шавке в драке с догом… Ему сложнее будет задеть меня по ногам, а это, как только что убеждал меня Драко, самое главное. Но вот плечи и руки… если я буду пропускать удары, я начну быстро терять силы от потери крови — это же не тренировочные бичи, так что то, что я пока что отделался одной царапиной, говорит лишь о том, что Довилль еще и не приступал к поединку. А, вот это уже серьезнее — если бы я не перехватил его беглый взгляд, то ждал бы верхнего удара — а его бич свистит в паре миллиметров от моих коленей. Я успеваю уклониться, а вот хлесткого удара, следующего практически без паузы, уже не жду — рубашка на моей груди мгновенно краснеет от крови. Черт, больно, и Довилль думает, что я сейчас съежусь в комок и отступлю, но я открываюсь еще больше, бросаюсь вперед и тоже достаю его — с отвратительным звуком рвется ткань, и на его плече вздувается багровый рубец. Что ж, я могу записать на свой счет первое очко! И с этого момента я перестаю бояться окончательно — мы кружим друг напротив друга, словно соединенные незримой цепью, не отступая, не пытаясь отыграть для себя хотя бы пару спасительных сантиметров. И пусть мне редко удается прорвать его оборону, а вот его удары настигают меня регулярно — я не боюсь. Мне даже становится весело, весело, даже когда бич Довилля обвивается вокруг моих ног, сбивая на песок. Я немедленно перекатываюсь вбок, освобождаясь от петли, бью, не целясь, снизу, наотмашь — и мой противник получает весьма ощутимый удар по коленям, тут же откатываюсь еще немного в сторону и вскакиваю на ноги. Они что-то кричат — я не слышу. Джинсы, данные мне Драко, уже свисают клоками в нескольких местах, но мне плевать — я вижу, как в черных глазах напротив меня разгорается темный безумный огонь. Так теперь все только начинается? Почуял запах крови, ягуар? Ничего, чтоб добраться до меня, тебе придется еще попотеть! И больше я уже ни о чем не думаю и ничего не планирую — только свист наших бичей разрывает воздух, только наше сбившееся дыхание.