- Мы не заказывали котлеты! — возмущенно говорит мне бледнокожая субтильная девушка, чуть ли не вскакивая из-за столика.
Разумеется, нет, думаю я, если бы ты ела котлеты, а не бледные политые соусом салатные листья, которых ты дожидаешься, ты бы сидела здесь не со своей мамашей, которая, судя по ее виду, тоже настроена исключительно на переваривание растительной пищи.
- Прошу меня извинить!
Я возвращаюсь на кухню, где Драган, свидетель моего фиаско, неожиданно говорит мне:
- Слушай, Юэн, а не отдохнуть ли тебе денек?
- Что? — я не верю своим ушам.
- А что? Мы же уезжали с Хеленой в прошлые выходные. Знаешь, проветриться всегда неплохо. Хочешь, не приходи завтра?
Хитрый-хитрый Драган… Завтра понедельник, а это значит, что народу будет значительно меньше. Но глупо было бы не воспользоваться его предложением. Выспаться, уехать куда-нибудь, пусть и совсем недалеко, поваляться на пляже, сходить, в конце-концов, в ресторан, где бы не я, а у меня спрашивали, выбрал ли я уже что-нибудь, и не принести ли напитки, пока я листаю меню. Просто выпить кофе, никуда не торопясь…
- Конечно, хочу, — я незамедлительно соглашаюсь. — Слушай, а эти две креветки за столиком у входа что заказывали?
- Вроде салаты, — Драган листает блокнот и кивает, окончательно подтверждая, что я ошибся.
А на следующий день я совершенно свободен. Я долго валяюсь в постели, не позволяя соседям снизу, бодро собирающимся на пляж чуть ли не на рассвете, когда солнце еще не так вредно для их бледной веснушчатой кожи, испортить мне это утро — я просто накрываюсь подушкой, отворачиваюсь к стене и сплю дальше. А потом, когда дом пустеет, оставленный, наконец, поклонниками здорового утреннего купания («Кэтти, детка, не забудь нарукавники!»), я спускаюсь вниз, на маленькую хозяйскую кухню, чтобы сварить себе кофе. Я храню свой небольшой запас, привезенный из Загреба, как зеницу ока — небольшой пакетик с темными, пахнущими шоколадом, блестящими зернами. Кенийский, купленный перед самым отъездом в одном из маленьких неприметных магазинчиков, прячущихся в затейливой вязи городских переулков.
- О, Юэн, привет! — дочка хозяйки, приехавшая на каникулы, привлечена божественным запахом, в котором сладость и горечь бесконечного утра, принадлежащего, как только что казалось, только мне. — Угостишь?
Мне немного жалко расставаться с моим богатством, но не поделиться с дамой парой ложек кофе было бы недостойно. И меня бывшего, и меня нынешнего. Хотя мир я больше не спасаю. И он без этого прекрасно обходится. А она, в коротких джинсовых шортах, усаживается прямо напротив меня на крохотную круглую табуретку, протягивая мне свои сигареты:
- Можно, я тебя тоже угощу?
Я вновь галантно не отказываюсь.
- Ты сегодня свободен, да?
Согласно киваю. Она завистливо вздыхает:
- А я вот, представляешь… Ну, разве это каникулы? Называется, приехала летом на море! Да лучше бы я работать устроилась, а то тут крутишься весь день — и никакой тебе зарплаты! Да еще туда не ходи, с тем не разговаривай!
- Что ты хочешь, — миролюбиво и со знанием дела (я насмотрелся на Драгана, у которого тоже те еще каникулы, да и не только на него) говорю я, — семейный бизнес!
- А что ты сегодня будешь делать?
Я знаю, ей просто любопытно поболтать со мной пару минут, пока мать не позовет ее менять белье в комнатах или готовить обед для тех постояльцев, которым полюбилась домашняя кухня. Я пожимаю плечами, потому что пока не имею ни малейшего понятия о том, как лучше распорядиться неожиданной свободой.
- Съезди в Цавтат, — неожиданно предлагает она. — Такой милый городишко, знаешь, к югу? Пара километров до границы с Черногорией.
- Там что-то интересное?
- А ничего! Просто улочки, домишки, сосны. Церковь, монастырь — как везде. Яхты посмотришь — там такая бухта небольшая недалеко от последней гостиницы, они почему-то в нее всегда заходят. Знаешь, я иногда специально туда езжу, хожу, смотрю… живут же люди! Кто-то вот уже с утра тянет коктейль через трубочку и размышляет, в каких шмотках сойти на набережную, а у кого-то… — она горестно разводит руками, — у кого-то вот корзина грязного белья и никаких выходных.
- Ага, как у Золушки, — соглашаюсь я. — Понимаешь, Магдалена… ты же не знаешь, как на самом деле живут люди, приходящие сюда на яхтах. Я уверен, большинство девчонок, о которых ты думаешь, не имеет к этим яхтам ни малейшего отношения. Их просто, ну, как тебе сказать, временно взяли на борт. И, вполне вероятно, у них впереди тоже маячит корзина грязного белья…Или они наврали родителям, что едут с подружкой на пару недель в лагерь для волонтеров. Всякое случается…