- Где мы, мистер Малфой?
- Во Франции, миссис Уизли. Думаю, если Вы немного подумаете, то сможете и сами назвать место. Вы же догадливая девушка.
- Имение Довиллей? — действительно, тут нетрудно догадаться.
Малфой согласно кивает, приглашая ее следовать за собой. Не думаю, что в тот день Гермиону волновали окружающие красоты, хотя ухоженные аллеи, цветы, фонтаны, аромат теплого летнего дня — я чувствую все это так явственно, пока иду рука об руку с Герми по направлению к широкой лестнице, ведущей ко входу в особняк. Садовник, подрезающий отцветшие бутоны на одной из клумб, почтительно склоняется при виде Малфоя и его спутницы:
- С прибытием, лорд Малфой!
- Здравствуете, Джордж! Лорд Довилль у себя?
- Да, конечно. Приехал часа два назад, лорд Малфой.
Садовник англичанин, как и вся прислуга в доме. Дворецкий, слегка поклонившись, уточняет у Малфоя, как представить его спутницу.
- Миссис Уизли, — бандит и пират, выступающий сейчас в образе сиятельного аристократа, произносит ее имя с некоторой иронией. — Впрочем, полагаю, Ваш хозяин в курсе.
Лестницы, подсвечники, портреты на стенах, зеркала, отражающие лорда-пирата и худенькую невзрачно одетую девочку рядом с ним. Не отражающие нас с ней сегодняшних, потому что в том мире, мире их прошлого, мы с ней просто призраки.
- Лорд Довилль ждет Вас, — и дворецкий распахивает перед нами дверь просторного кабинета.
Он сидит в кресле за столом, задумчиво вертя в руках сигару, нет, не одну из тех, что он курил на острове, а длинную, шириной в палец. Наверное, раздумывает, стоит ли курить такое в присутствии дамы или все же уместнее будет спросить ее согласия. На нем дорогой маггловский костюм, светлая рубашка, верхние пуговицы которой расстегнуты, указывая на некоторую непринужденность обстановки. Мне кажется, все в жизни обоих капитанов давно превратилось в некое театрализованное представление, потому что сейчас они готовятся разыграть для несчастной Герми спектакль о бедной девочке и ее состоятельных благодетелях. Завидев вошедших, Довилль, как и подобает доброму хозяину, поднимается и делает несколько шагов по направлению к ним:
- Рад видеть Вас мисс Гр…, о ради Мерлина, простите, миссис Уизли. Здравствуй, Люциус!
- Здравствуйте, лорд Довилль! — Гермиона даже не сомневается, как ей следует называть сейчас этого человека, хотя для нее он в тот момент, думаю, все еще ее бывший профессор.
- Северус, у тебя не найдется виски? А то я, признаться, выпил тот отвратительный напиток, что подали нашей юной леди в малопримечательной кофейне, где я имел удовольствие встретить ее сегодня.
- Виски? — Довилль переспрашивает с разыгранным недоумением. — Разумеется. Или, может быть, предпочитаете что-нибудь более изысканное?
Гермионе, похоже, надоедает постановка, разыгрываемая здесь в ее честь, потому что она просто встряхивает непослушными кудрями и заявляет:
- Я не буду ничего пить, лорд Довилль. По крайней мере, пока Вы мне не объясните, что все это значит.
- Что, миссис Уизли? — удивление, вежливая улыбка. — Может быть, это Вам стоит рассказать мне о том, что привело Вас ко мне?
Нет, Гермиона не станет темнить, расшаркиваясь с ними — для нее счет идет уже на дни. Она знает, что Рон умирает в Азкабане.
- Мистер Малфой сказал, Вы можете помочь мне, — просто отвечает она. — Если это так, я приму любые Ваши условия. Если нет, скажите, откуда здесь можно аппарировать.
- Может быть, Вы все же присядете? — Довилль указывает ей на кресло напротив своего стола. Люциус Малфой отходит к окну — оттуда ему лучше видно сцену. — Вы давно были в Азкабане, миссис Уизли?
- Сегодня утром.
Герми не хочет, чтобы они видели слезы, подступающие к ее глазам, но она не может сдерживаться. Черт, сколько же можно над ней издеваться? Заставлять говорить, вежливо улыбаться в ответ? Девочка из того сентября уже плачет, а моя сегодняшняя спутница, ставшая старше всего лишь на год, смотрит на картинку из прошлого и улыбается немного грустно. А та, в ее воспоминаниях, с трудом говорит сквозь слезы: