«А твои родители?» Она только улыбнулась. «А что родители, Гарри? Если бы они узнали, что случилось с Роном и с тобой, они стали бы настаивать на том, чтобы я бросила магический мир, жила с ними, поступила в обычный маггловкий университет. Выучилась, забыла бы все это, как кошмарный сон». Может быть, так было бы лучше? «Лучше?» — она смотрит на меня, как на неразумного малыша, сказавшего очередную глупость и явно ждущего похвалы. — «А Рон? А ты? Довилль же сказал, что они ждут от меня дальнейшего сотрудничества. Им же не просто так нужен был мой развод с Роном. Нужна я в Министерстве. И потом, знаешь…», — она делает паузу, глубоко затягивается и стряхивает в пепельницу рыхлый серый столбик со своей сигареты, — «тот мир, в котором я живу с одиннадцати лет, как, впрочем, и ты, он ничем не хуже и не лучше того, откуда мы с тобой родом. Но…не знаю, поймешь ты или нет…тут я сама по себе. Пусть мне не на кого опереться. Но тут я решаю сама. Я то, что я есть, а не то, чего от меня хотят мама или папа, дедушка-профессор, еще кто-нибудь…Я всегда хотела добиваться всего сама, мне казалось, это именно то место, где я могу сама что-то сделать». Моя смелая независимая Герми… Одинокая, гордая, прекрасная. Амазонка… А я…нет, я знаю, я не такой, просто об этом трудно догадаться.
На улице дождь, он мерно барабанит по подоконнику, иногда внезапно налетевший порыв ветра бросает горсть воды в закрытые окна. Темно и внутри, и снаружи, только темные змейки воды сбегают по стеклу, прочерчивая ломаные линии. В чужой спальне холодно, надо было бы вечером протопить камин, но нам было вовсе не до того, чтобы устраивать мой быт. Он как-нибудь наладится, сам собой, это, в общем-то, не так уж важно. На мне чужая пижама, я зябко кутаюсь в тонкий истершийся плед. Чужой дом, чужой мир, место, где меня вновь никто не ждет... Странно, но в такую погоду я часто думаю о том, чего мне всегда недоставало. То, чего у меня не было в детстве. Дома, в котором горит камин, в который ты возвращаешься, мокрый и продрогший, дома, где тебя любят, просто так, потому что это ты пришел такой вот нелепый, в мокрой куртке и грязных ботинках, из школы или с работы, заляпал всю прихожую. А тебе все равно рады, потому что ты — это ты, ну, то есть я — это я… Хотя почему же? И такое было. Когда я жил с Джинни. Но потом оказалось, что картинка ненастоящая.
Почему ИХ человеком в Министерстве стала Гермиона? Опять ерунда, она не их человек в Министерстве, она девочка на побегушках у того, кто действительно работает на них. Теперь вот и я пополнил ряды их воинства. Почему она и я? В ту ночь ответ дается мне легко: мы неплохие игроки, которыми в случае чего не так жалко пожертвовать. Я понимаю это, когда она, наконец, рассказывает мне о том, чего ожидают от нас господа капитаны и их люди в Англии, которых, удивительное дело, оказывается не так уж и мало. Может быть, поначалу они и не совсем понимали, для чего им может пригодиться Гермиона. Просто у нее, как и у меня, никогда не было выбора, а значит, и потребовать от нее можно было все, что угодно. А вот когда их план начал обретать плоть, обрастая массой подробностей, и игра вступила в свою финальную фазу, тут уж все пешки встали по своим местам, готовые двинуться вперед по мановению руки полководца. И теперь, судя по всему, сигнал к выступлению отдан. Они планируют захват Министерства, причем, похоже, в ближайшее время, а именно тогда, когда мы «управимся». Спрашивается, с чем? Все просто — нетрудно захватить крепость, когда изнутри предатели откроют тебе ворота.
Дуглас Лоуди, изыскивая возможности для проникновения банды в Министерство, случайно натолкнулся на старинные, сохранившиеся еще с прошлого или позапрошлого века, планы здания, и обнаружил весьма интересный факт: при его постройке для каких-то неведомых целей были устроены ходы, ведущие с самых нижних этажей гигантского строения в маггловскую часть города. Может быть, они опасались, что произойдет что-то, что сделает перемещение через камины невозможным. В общем-то, в устройстве подобных ходов нет ничего необычного. И расположены они на самых нижних ярусах, под залом заседаний Визенгамота и Отделом Тайн — так, по крайней мере, обозначено на чертежах, обнаруженных Лоуди. Туда, в эти забытые Мерлином, да и не только им, подвалы, последние лет двести стаскивали всякую рухлядь, так, на всякий случай, вдруг и она еще на что-нибудь сгодится. Двери, по всей видимости, оказались заваленными. Куда выводят поземные пути, начинающиеся от них, также никому неизвестно. А вот если удастся это выяснить да расчистить подходы… Ну и открыть те самые двери…Ворота крепости.