- Гарри, — кажется, она сейчас попытается положить мне руки на плечи, так что мне стоит чуть отойти. — Ты же видишь, я…
- Ты беременна, Джинн. Это прекрасно. Могу только поздравить.
- Гарри, отец потерял работу в Министерстве. И Перси тоже. Дина выгнали из Аврората. Что с нами теперь будет? Ты не мог бы…
- Попросить, чтобы Дина не выгоняли?
Она кивает, обрадовавшись моей догадливости. Но я уверен, что даже мое заступничество не убедит сэра Энтони вновь принять на работу Дина Томаса. Даже пробовать не стоит. Да и каким идиотом буду выглядеть я, обратись я к нему с подобной просьбой?
- Боюсь, Джин, это невозможно. Мистер Нотт не меняет своих решений, и повлиять на него я не смогу.
На ее лице досада, злость, отчаяние, и в то же время готовность идти до конца. Что, не везет с мужьями, Джин? Думала, герой, а он отправляется в Азкабан. Попробуем еще? Бравый аврор, по слову начальства глотку ближнему перегрызет — и не подавится. Ан нет, вновь промашка — власть переменилась… Но она беременна. Сколько ей там осталось до родов? Судя по тому, какая она круглая, месяц, не больше. И они остались без средств, без всех привычных нитей и связей в стране, которая уже второй день живет при иных порядках. Из кармана куртки я достаю уже порядком помятый конверт, тот самый, с министерской компенсацией, которую получил сегодня утром от лорда Довилля.
- Джинн, я не могу сделать то, что ты просишь, но…, — я протягиваю ей деньги, — вот, возьми. Здесь три тысячи галеонов. Компенсация мне от Министерства за несправедливый приговор. Вам, наверное, хватит на первое время…
- Гарри, — ее глаза распахиваются широко-широко. Для нее это действительно немалая сумма. — И ты так просто их мне отдаешь?
Но ее пальчики уже схватили конверт, так что я с облегчением понимаю, что долго уговаривать ее мне не придется. А этих денег, пусть даже и не ЕГО, мне все равно не нужно.
- Иди, не стой здесь, а то простудишься.
Я не хочу слушать изъявления ее благодарности, хочу только одного — чтобы она скорее ушла. Не оттого, что мне неприятно на нее смотреть, хотя и это тоже присутствует. Но, если честно, я просто устал… от лжи, предательства, от того, что мы делаем ужасные вещи и улыбаемся друг другу, улыбаемся, улыбаемся…
- Ты сможешь аппарировать одна?
- Меня там мама ждет, — Джинн машет рукой куда-то в сторону Косой Аллеи.
- Удачи тебе. Будь здорова! — говорю я ей напоследок, а сам, привычно закуривая, еще некоторое время смотрю, как она удаляется от меня, осторожно переставляя распухшие ноги, обутые в мягкие сапожки, по мостовой.
________________________________________________________________________________________
"Меня там мама ждет": http://imageshack.us/photo/my-images/153/579x.jpg/
________________________________________________________________________________________
И молясь всем известным и неизвестным богам, я поворачиваю к дому, нет, пока еще не к своему — мне почему-то несколько боязно одному впервые отправиться на Гриммо. Я возвращаюсь в квартиру Гермионы, но еще какое-то время кружу по безлюдным улицам, гирлянды из остролиста, украшающие двери домов, сейчас, в этой городской пустыне, напоминают мне траурные венки. И ветер, не встречая на своем пути преград в виде спешащих по своим делам людей, сжимающих в руках пакеты с подарками и сладостями, беспрепятственно носится по переулкам, словно приглашая и меня сыграть с ним в прятки. А потом ему становится скучно со мной, и он остается хлопать неплотно прикрытой дверью на соседней улице, так что только мои шаги гулко раздаются по чуть присыпанной снежной крупой мостовой. А я словно герой на опустевшей сцене, бродящий среди брошенных декораций мертвого города.
Я жду Гермиону, глядя в весело гудящий огонь камина, но когда она появляется оттуда, проворно выскакивая прямо из пляшущего пламени, подобно огненной саламандре, я все же пугаюсь от неожиданности.
- Ты чего? — спрашивает меня, отряхивая золу с мантии. — Отвык?
- Да, наверное. Как твои дела?
- Замечательно, — несколько смущенно признается она. — Все милы и хотят со мной дружить. Даже старший Малфой! Просят остаться пока в Министерстве, ведь восстанавливаться в университете имеет смысл только летом.
Она проходит на кухню и изумленно ахает — я практически успел приготовить к ее возвращению небольшой пир.
- Гарри, откуда…
Ну да, я еще вчера был гол, как сокол, а теперь у нас на столе бутылка коллекционного вина, сыры, фрукты… В общем, я пошел в какой-то дорогой маггловский магазин, подошел к продавщице и прямо спросил, чем бы мне порадовать девушку накануне праздника. Советов мне надавали так много, что я едва смог отползти от кассы.
- Садись, давай, — говорю я ей.