Ну да, разумеется, откуда здесь взяться разрухе? Министерство размещало здесь своих иностранных гостей, что ж, практически официальная резиденция. Когда мы жили здесь с Джинни, это был просто дом — милый, уютный, с занавесками на окнах и пальмой в кадке, с таким «своим» простительным беспорядком… Уходишь утром, думаешь, что вот вечером уберешься во что бы то ни стало, а потом смотришь, а свитер, брошенный на кресло, так и валяется там, где был — только вывернутый наизнанку рукав сиротливо свисает вниз, почти доставая до пола. Темные блестящие кружочки, оставшиеся на деревянной поверхности стола от поставленных на нее кофейных чашек. Потому что после завтрака было некогда прибраться… Теперь, разумеется, ничего этого нет — до блеска начищенный паркет, ковровая дорожка на ступенях лестницы… Все абсолютно стерильное, безупречное и чужое… Чужая мебель в прихожей, да, она гораздо лучше той, что стояла здесь раньше, но… не моя, не наша… черт побери, мне хочется немедленно уйти прочь, аккуратно прикрыв за собой дверь. Может быть, я так бы и сделал, если бы не Герми. И если бы в круге света, отбрасываемого старинной люстрой Блэков, словно ветошь на блистающем паркете, не стояло бы это невероятное существо, которое издали можно было бы принять просто за холмик — сгорбленное, старое, когда-то самозабвенно отравлявшее мне жизнь, а потом ставшее нам чуть ли не нянькой.
- Хозяин Гарри вернулся.
Его скрипучий голос, кажется, совсем не изменился. По его интонациям сразу и не поймешь, рад он или не рад. Может быть, ему больше нравились министерские постояльцы? Или станет ругаться сейчас на нас, что мы тащим грязь на безупречный новый паркет?
- Хозяин Гарри вернулся! — повторяет он, как заклинание. — Хозяин Гарри…
И я бросаюсь к нему, опускаюсь рядом на корточки и обнимаю его. Если бы Кричер не был столь суров, я бы расцеловал покрытые белым пухом уши, лохматые брови, морщинистые щеки. Но разве он позволит? Неужели он ждал меня, недотепу Поттера, глупого хозяина Гарри, похоже, совершенно неспособного присмотреть за собой?
- Здравствуй, Кричер! — радостно приветствует его Герми, его взгляд рассеянно скользит по ее фигуре, он и ее удостаивает благосклонным кивком. Но все его внимание принадлежит мне.
- Хозяин Гарри будет сердиться, — мрачно констатирует он, стараясь не выдать, что он на самом деле тоже расчувствовался. — Они все здесь переделали, натащили дрянные чужие шкафы, кровати. Гадкие ковры из чужих имений…
Ничего, Кричер, думаю, чужие вещи быстро найдут своих хозяев…
— А наши вещи, Кричер, они их, что, выбросили? Герми, — я поворачиваюсь к ней, замечаю, что она уже торопится, — а ты не можешь попросить Лоуди забрать отсюда все?
- Гарри, ты вначале посмотри, останется ли в этом случае здесь хоть что-то, на чем можно будет спать и сидеть!
Герми сегодня выглядит несколько сердитой, старается, чтобы я этого не заметил, но я-то знаю, в чем дело. Эта ее деловитость — Гарри, не стой столбом, мне некогда — она просто… да, она просто боится, хотя спроси я ее, в чем дело, она бы ни за что не призналась. Вчера, вернувшись от сэра Энтони, я рассказал ей о том, что Рон вот-вот приедет. И она, глупая-глупая девчонка, она думает, а вдруг он не простит, вдруг просто скользнет по ней холодным взглядом, скажет: «Да, спасибо, Гермиона, ты очень много для нас сделала. Но теперь вот, прости…» Убью его, если он только посмеет. Только пусть попробует упрекнуть ее в чем-нибудь…Только пусть попробует не любить ее…
Она направляется к камину, чтобы отбыть в Министерство, а я перехватываю хитрющий взгляд Кричера:
- Герми, пусть Лоуди распорядится все забрать.
- Будешь спать в каморке у Кричера на коврике?
- Разумеется, если этот коврик — единственное, что осталось от наследства Блэков!
Она оборачивается, улыбается мне:
- Ох, Гарри… Прислать тебе сюда комиссию по имуществу в полном составе? Все, мне пора. Я вечером загляну к тебе, хорошо?
Но в тот день она появляется на Гриммо гораздо раньше, в сопровождении какого-то лысого волшебника из хозяйственного отдела и, как ни странно, Мэг Эшли, по описи признавшей в здешней утвари и мебели свое добро. На тот момент мы с Кричером как раз заканчиваем осмотр подвалов, в которых он все это время берег наши, пусть и неказистые, шкафы, стулья и кровати до лучших времен, которые, как он считает, наконец, наступили.
— Здравствуйте, миссис Эшли, — я отряхиваю пыль, приставшую к джинсам, озираясь в поисках тряпки, которой можно было бы вытереть руки. Я даже не вспоминаю про палочку — за последнее время у меня вновь появились привычки истинного маггла. — Я буду очень Вам признателен, если Вы сможете все забрать.