- Разве это было не так?
- А ты никогда не уточнял, кто ее приволок на тот самый остров? Кто принял обычную маггловскую девчонку в шортах, футболке и с фотоаппаратом за проститутку? Нет?
Если честно, мне никогда даже и в голову не приходило спросить об этом. Пираты похищали магглов, потому что они бывшие сторонники Темного Лорда — у меня не возникало вопросов.
- А утащил ее будущий герой-любовник, а ныне, как ты сам понимаешь…
- Тео?
Пират только хмыкает, подтверждая мое предположение.
- Романтика…, — задумчиво изрекаю я.
- Еще какая… К тому же, ей пребывание на острове пошло только на пользу — слетела вся эта глупая шелуха: «Я — гражданка Соединенных Штатов». Она же была жуткая шалопайка, родители даже не знали, где ее черти носят. Фотограф, богема, острова, довольно праздная жизнь без гроша за душой.
- И тут ее приставили к работам…
- Ну да, наверное, столько лет в должности профессора Хогвартса и для меня не прошли даром.
- Ох, ты даже не представляешь себе, как она тебя боялась, Сев…
- Представляю.
- Не жалел на нее свою фирменную харизму?
- Не жалел, — смеется он и гасит ночник.
На этот раз без всякой магии.
* * *
Раз уж весь следующий день я планирую провести, затворившись в спальне, утро я решаю использовать для небольшого путешествия по дому — когда чем-то занят, проще забыть о том, что … что я свинья, решившая до вечера прятаться от некогда близких мне людей, не смея поднять на них глаза.
- Северус, а мне везде можно ходить? — все же уточняю я, зная характер лорда Довилля. Мне кажется, ему не очень понравится, если я стану во все совать свой любопытный нос.
- Только по лестницам один не спускайся, — отзывается он откуда-то снизу, где, видимо, отдает сейчас распоряжения Твинки, ожидая скорого прибытия гостей.
- Что, и в кабинет тоже можно?
- Вот где ты раньше был со своей стеснительностью? — спрашивает он, через минуту оказываясь рядом со мной на первом этаже. — Пойдем.
И он открывает передо мной дверь своего кабинета, и я очередной раз поражаюсь неожиданной легкости, присущей всей обстановке на вилле Maritime. И сам дом — он напоминает, скорее, не корабль, а яхту. Хотя и его кабинет на Кесе, помнится, тоже не отличался основательностью. Вот здесь очень много стекла, светлые стены, колышущиеся занавески на окнах, резные шкафы, стол и кресла — все кажется мне невесомым и несерьезным. И вновь корабли, только их не так много, как на Кесе.
- Только не влезай наверх, — говорит мне пират, — а то упадешь.
И он оставляет меня одного, а я поначалу несмело дотрагиваюсь до дверей шкафов, пока даже не решаясь открыть, провожу ладонью по столешнице и, наконец, сняв с полки большущий альбом с кораблями, усаживаюсь с ним в хозяйское кресло. Текст, к сожалению, только на французском, но мне вполне достаточно картинок. Я не знаю, что скрыто для меня в этих изображениях, казалось бы, просто красивые фотографии, рисунки, гравюры, но всякий раз, переворачивая страницу, я ощущаю чуть ли не мелкие брызги соленой морской воды, летящие мне в лицо. И чувствую и ветер, и палящий зной, слышу, как хлопает парус над моей головой. Я не знаю, сколько проходит времени, потому что поднимаю голову, только когда Северус окликает меня.
- Они звонили, будут минут через двадцать.
Его взгляд падает на книгу, раскрытую на столе передо мной.
— Давай я тебе еще такие принесу, там есть и на английском, — предлагает он.
И ни слова о том, что я позорно собираюсь прятаться. Сам же сказал — прения закрыты.
Я обустраиваюсь в спальне со своими книжками, но мысль о том, что вот-вот приедут Нотты, не дает мне покоя, так что я отваживаюсь покинуть убежище и занять наблюдательную позицию у высоких окон в холле, откуда прекрасно видно подъезд к дому и припаркованную у самых ворот машину Северуса, которую он сейчас как раз отгоняет, чтобы освободить место для машины гостей. Интересно, кто у них за рулем? Скорее всего, Лиз, остальным вроде бы и не положено.
Они появляются минут через пять — мне кажется, все дверцы распахиваются одновременно, чтобы выпустить на свет божий сэра Энтони, Тео, Лиз и незнакомую женщину с маленьким ребенком на руках. И все они радостно и одновременно что-то говорят, Лиз — неслыханное дело — даже обнимает Северуса, спрашивает, хорошо ли она припарковалась (честно говоря, отвратительно). А я прячусь за занавеску, разглядываю их всех, насколько это позволяет сделать довольно значительное расстояние, и борюсь с не пойми откуда взявшимся желанием вылезти из своей уютной раковины…