- Северус, что ты все время пишешь? — однажды спрашиваю я его.
- А как еще мне управлять имуществом?
Да, пожалуй, я мог бы и сам догадаться, тем более, черт, вот зачем я изучаю экономику, если в моей голове преспокойно может гнездиться мысль о том, что разбросанные по всему свету богатства лорда Довилля множатся как-то сами собой, без его участия.
- Может быть, я могу хоть чем-то помочь?
Он смотрит на меня поначалу удивленно, потому что, видимо, тоже не думал о том, что мое маггловское занятие может иметь хоть какое-то применение.
- Ты же считать умеешь?
- После Хогвартса мог с трудом! Но несколько месяцев занятий с маггловским преподавателем и год высшей математики в университете, — я с важный видом поднимаю вверх палец, — сделали свое дело. Может быть, они и лишили меня магии, но сложить, отнять, разделить и умножить цифры в твоих счетах мне явно под силу. И еще, я выдам тебе страшную тайну: у меня в мобильном есть калькулятор. Он есть и у тебя, Северус, но ты предпочитаешь складывать в столбик!
Пират смотрит на меня недоверчиво, я перебираюсь к нему поближе, показываю, на какую кнопку следует нажать, чтобы на маленьком экранчике сами собой, без всякого волшебства начали складываться и перемножаться цифры. И в ходе этого объяснения я каким-то непостижимым образом оказываюсь сидящим у него на коленях, его руки под моей футболкой, пальцы как-то незаметно уже проскальзывают под ремень моих шорт, а он сам жарко шепчет мне прямо в ухо, притягивая все ближе к себе:
— Покажи еще раз, я не понял…
Но с того дня каждый день после завтрака я помогаю ему со счетами, а он старается не просто давать мне считать колонки цифр, но и объяснить, к чему они относятся, рассказывает о делах так, что у меня все больше крепнет уверенность в том, что пират рассматривает их отныне как наши общие.
- Если бы я был магом, — говорю я ему, наверное, через пару дней, — я мог бы перевестись на факультет управления магическим имуществом и помогать тебе. Был бы твоим управляющим. Хоть какой-то толк. Знаешь, мне даже кажется, в Загребском магическом университете есть что-то подобное.
Он поднимает голову, а так как я теперь сижу напротив него, только с другой стороны стола, он легко дотягивается до меня и шутливо ерошит мне волосы.
- Управляющим…, — повторяет он задумчиво. — А тебе это интересно? Мне кажется, тебе по душе совсем другие вещи. Разве нет?
- Сев, понимаешь… по душе — не по душе… без магии я не годен даже для факультета магического имущества. Остается только немагическое. Чем я и занимаюсь.
- Послушай, — вдруг спрашивает он меня, — а кто сказал тебе там, в Загребе, что ты можешь потерять магию? Кто был тот человек, к которому ты шел?
И мне становится немного не по себе от его пристального взгляда, да и ответ, который мне сейчас придется дать, меня пугает.
- Не хочешь рассказывать? — голос его звучит холодно и отстраненно, так что для меня не составляет труда понять, о чем он подумал.
- Сев, это совсем не то…
- Что не то?
- Я не хочу говорить не потому, что это был какой-то близкий для меня человек…
- Тогда что?
Он чуть прищуривается и откидывается на спинку стула. Ревность, недоверие. Что ж, мне лучше сразу раскрыть карты.
- Этот человек, Северус…я думаю, это был твой дед.
И я рассказываю ему свою рождественскую снежную сказку о злом колдуне с крючковатым носом, что привел меня в один прекрасный день, словно заблудившегося в лесу крестьянского мальчонку, в свой мрачный дом, где на полках стояли черепа и реторты, а стены украшали диковинные гравюры: на них лев пожирал солнце, а большая неведомая птица клевала себя в грудь, символизируя алхимическое превращение. О том, как Эйлин приглашала меня к столу, как любила ореховые торты, как я покупал их для нее чуть ли не каждый выходной в магических и маггловских кондитерских.
- Чертов старик! И до тебя он добрался! — Лорд Довилль одним неуловимым кошачьим движением поднимается с кресла и скользит к окну.
…Когда ты злишься, ты становишься ягуаром…
- Зачем ты таскался к нему? Ты же понял, кто он такой! Если ты меня боялся, почему не опасался проводить выходные с моими матерью и дедом?
- Сев, я не понимаю… Мне просто нравилось приходить к ним.
Я аккуратно откладываю счета, которые все еще держу в руке, на край стола, встаю и делаю пару шагов по направлению к нему. Он молниеносно оказывается рядом со мной, хватает за плечи так, что даже становится больно. Его взгляд кажется мне совершенно безумным, в нем гнев, страх, обида — все сразу. А потом он резко, так что даже перехватывает дыхание, прижимает меня к себе.