- Вот и хорошо, — умиротворяющее произносит Маргарет. — Сейчас купим Вам палочку, а когда Вы немного поправитесь, Северус сможет с Вами заниматься.
Я фыркаю, не в силах сдержать смех, только лишь представив себе, как лорд-пират будет показывать мне, как правильно произнести «Вингардиум левиоса». И вдруг… как я не вспомнил об этом раньше? Я чуть не сжег спальню этой ночью, Северус весь покрыт ожогами из-за того, что пытался удержать всплеск моей магии… Где Бэрри? Она же все время была с нами.
- Сев, где Бэрри?
И вновь ощущаю, как мои руки наливаются жаром.
- Вот видите, — констатирует миссис Нотт чуть ли не с удовлетворением.
- По дому бегает, — говорит мне пират. — Я успел запереть ее в кабинете, когда все началось.
- И стабилизирующие зелья, три раза в день! И успокоительные! — возглашает колдомедик.
Маргарет оставляет нас и спускается вниз, но отбывать пока что не собирается, потому что Северусу необходимо срочно сварить для меня все эти зелья, а покупка палочки не терпит отлагательства. А оставлять меня одного нельзя, так что…
Лорд Довилль помогает мне одеться, а когда мы спускаемся вниз, я спрашиваю его:
- Ты теперь тоже будешь меня бояться, да?
- Это ты будешь меня бояться, Поттер, — шепчет он мне в самое ухо.
А потом обнимает меня так крепко, что я опасаюсь не досчитаться пары ребер, и ему плевать на свои ожоги и мазь, что оставит следы на моей рубашке, смеется и говорит мне:— Забыл, кто тебя теперь будет учить заклинаниям?
55. Возвращенное волшебство
Раньше я и представить себе не мог, что торговцы волшебными палочками ходят к клиентам на дом. Мне всегда казалось, что приобретение подобных артефактов требует определенной обстановки: небольшой тесный магазин, большая часть помещения которого уставлена стеллажами, в которых хранится бессчетное множество футляров, непременно старый и немного рассеянный продавец, неохотно поднимающий глаза на посетителей. Наверное, это воспоминания детства: лавка Олливандера — святая святых для каждого волшебника, а тот, кто торгует палочками — о, он — кудесник, знающий о волшебстве все и гораздо больше. Разве таких вызывают к себе домой, словно развозчиков пиццы? Но, как бы там ни было, вызывают или нет, но они приходят! Появляются, как им и положено, из камина, неся с собой не меньше десятка столь памятных мне узких длинных коробочек, коротко и с достоинством кланяются.
- Божедар Бобан, — представляется он, — с кем имею честь?
Так как из всех присутствующих поддержать диалог на должном уровне в состоянии только я, потому что господин Бобан не говорит по-английски, я решаю начать с себя. Маргарет занимает место рядом со мной на диване. Северус, уже успевший накинуть рубашку, покидает нас, ограничившись парой приветственных слов, и отправляется в лабораторию — ему надо варить для меня зелья.
- Ну, что ж, молодой человек, мы можем приступать, — деловито говорит наш гость, довольно пожилой поджарый коротко стриженый человек с острой бородкой, раскладывая на столике принесенные с собой футляры. — Говорите, прежняя палочка утрачена, затем были проблемы с магией? А что у Вас было раньше?
- Остролист и перо феникса.
- Покупали в детстве?
- Да, когда пошел в школу.
Миссис Нотт незаметно толкает меня в бок:
- Гарри, когда будете пробовать, не размахивайте палочкой, сохрани нас Мерлин!
- Я буду осторожен, Маргарет, — обещаю я и протягиваю руку, чтобы взять из первого раскрытого футляра столь знакомый узкий деревянный предмет.
Палочка ложится мне в ладонь — светлое дерево, хорошая обработка. И ничего более. Я ощущаю слабые токи магии, струящиеся внутри, но они не отзываются во мне ни теплом, ни холодом — что-то абсолютно чуждое мне. Просто вещи: бук и остролист, вяз, дуб, орех… И разные сердцевины: сердечная жила или чешуя дракона, шерсть единорога, волосы русалки, ус водяного черта… Я беру и откладываю палочки одну за одной, в моих руках они остаются безжизненными. Палочка с пером феникса, оказывающаяся в последнем из принесенных футляров, отчего-то тоже не хочет стать моей.
- Взрослым обычно несложно подобрать палочку, — задумчиво замечает господин Бобан. — Чаще всего подходит то, что было раньше, иногда приходится выбрать иную породу дерева. Если только не случилось чего-то такого, что полностью поменяло природу магии. С Вами могло быть такое?
- Да, вполне.
Он качает головой, собирая со столика свой товар.