Как позаботится? Сотрет им память? Подарит им новый дом и красивые цацки? Судя по тому, как миссис Фейри сегодня кричала на Кингсли, ей не так просто будет заткнуть рот.
А тем временем наше совещание окончено.
- Поттер, Уизли, — глава Аврората останавливает нас с Роном у самого выхода, — ввиду особых обстоятельств на занятия можете завтра не являться. Я лично предупрежу Эвериджа. Сейчас домой, отсыпаться, а завтра не позже двенадцати должны быть на работе — вас ждут дела.
Мы благодарим, прощаемся, а уже через пару минут я обнимаю бледную не выспавшуюся Джинни, прождавшую меня практически всю ночь, и мы отправляемся спать.
И лучше бы я этого не делал. Мои сны… мои сны имеют обыкновение затягивать меня в самые мутные глубины моих собственных кошмаров. Сначала я вижу девушку, лежащую на поляне, поросшей сочной зеленой травой. Мне кажется, я могу уловить даже жужжание шмелей и стрекот стрекоз, то садящихся, то взлетающих с мелких голубых цветов, усеивающих все пространство вокруг. Издали она кажется мне спящей, но, когда я касаюсь ее руки, я ощущаю мертвенный холод. И вижу след от удавки на ее шее, явственный красный след. Мэри Фейри. А вдали я различаю очертания дома — легкое белое невесомое строение, я понимаю, что должен быть там, чтобы предупредить хозяев, но двигаюсь сначала неправдоподобно медленно, а потом вдруг сразу оказываюсь на ажурной веранде, где светлая мебель, этажерки и оттоманки на гнутых ножках.
- Поттер, — растягивая слова, говорит мне ослепительный Люциус Малфой, направляя на меня палочку. — Любите лезть, куда не надо, правда? Так пойдемте с нами, мы Вам все покажем и расскажем.
И несколько темных фигур с закрытыми лицами надвигаются на меня из глубины веранды, я, в надежде бежать, поворачиваюсь к двери, через которую только что вошел, но ее уже нет — там просто голая каменная стена, к которой прикованы мои руки, я раздет по пояс, а передо мной нет никого — только низкая закрытая дубовая дверь, какие бывают в тюрьмах и подземельях. Череда этих событий вовсе не кажется мне невероятной — более того, во сне их логика и неоспоримая реальность представляются мне очевидными. Полная тишина вокруг, камень холодит мою голую спину, но, несмотря на это, я вижу, как по моей груди медленно, оставляя за собой причудливую дорожку, сбегает струйка пота. Где я? Что они со мной сделают? И в этот момент дверь начинает беззвучно приоткрываться — я не слышу ни шороха движения, ни шарканья ног. И тут же до меня доносится крик — долгий, протяжный, так кричат только, не помня себя от боли. Алоис, это он, он здесь, как я мог сразу не догадаться? И я тоже начинаю звать его, прошу ИХ остановиться, кричу, что он ничего не знает. Но его крик все не затихает…
- Гарри, Гарри, — я не сразу понимаю, в чем дело, и почему в этом страшном месте со мной говорит Джинни, но она упорно продолжает трясти меня за плечо, — Гарри, очнись же, наконец!
Она стоит надо мной, уже полностью одетая, смотрит на меня, как на безумца.
- Гарри, что тебе такое снится? Почему ты кричишь? — а потом продолжает уже совсем другим тоном, — Мне надо на работу, я будильник тебе на одиннадцать поставила. Ты же сказал, что тебе в Аврорат к двенадцати. Не проспи! И чем ты там только занимаешься?
Я бормочу что-то невнятное спросонья, а она накрывает меня одеялом — вот почему во сне мне было так холодно! И я, поплотнее закутавшись в уютное мягкое тепло, опять засыпаю. Мне больше ничего не снится.
Утренние газеты пишут только об ужасном убийстве Найджелуса Фейри, о его обстоятельствах упоминается как-то вскользь: да, напали бандиты, чьей целью была месть неподкупному судье, отправившему на вечное поселение в Азкабан всех сторонников бывшего Темного Лорда. Вдова и дочь в настоящее время находятся в Мунго, их жизни ничего не угрожает. Да, Фадж же обещал о них позаботиться… Сдается мне, лечение, учитывая настроение миссис Фейри, может и затянуться.
А жизнь постепенно вновь входит в обычную колею, мы по-прежнему усердно ходим по приемам и званным вечеринкам, с неподдельным интересом расспрашиваем хозяев обо всех безделушках, украшающих их дома, которыми так приятно похвастаться перед гостями. И наш собственный список растет день ото дня: в одном его столбце картины, магические артефакты, есть даже целая библиотека, а вот напротив, во втором столбце, имя настоящего владельца и инвентарный номер по регистрационной описи конфискованного имущества. Мы приятны и обходительны, просты и нечванливы — нас не стыдно позвать к себе в дом.