Фанерные стены комнатки постоялого двора пропускали практически все внешние звуки. Хочешь не хочешь, а будешь в курсе основных событий на станции. И себя следовало вести тихо, вдруг кто услышит воркование голубя и что-то заподозрит. Змей открыл сумку, висевшую на крючке, вбитом в хлипкую стену. Осторожно выудил голубя, снял узел с клюва и посадил птицу на неровный пол. Рядом насыпал щедрую горсть перемолотых зерен, обошедшихся в два рожка патронов – пшеница в подземном мире нынче редкость. Но если не кормить птицу, то она быстро ослабеет и не сможет добраться до своего дома. В ямку на полу Змей налил немного воды и откинулся на спинку заскрипевшего стула. Ждать он умел.
15-й микрорайон Ясенево, подвалы Центральной клинической больницы Российской Академии наук
В огромном подвальном помещении было темно. Лишь пара помаргивающих лампочек у стены слегка рассеивали мрак. Здесь, на импровизированном троне из автомобильных покрышек и металлических конструкций, в которых угадывались останки байков и легковушек, восседал Сыч, главарь клана Теней, одного из самых влиятельных среди рейдеров.
Община давно облюбовала себе место в подвалах Центральной клинической больницы в одном из микрорайонов Ясенево. Место было удобное, настоящий форпост: выцветшие, но по-прежнему внушительные стены, на которых кое-где еще сохранились коробки бесполезных теперь кондиционеров, провалы окон, решетки на первых этажах. Утопающий в зелени – сейчас, с наступлением осени, ставшей буро-желтой, – двор, увитый плющом забор. В жилые помещения можно было попасть через недостроенное бомбоубежище, соединяющееся с подвалом, либо через пару отдельных, не заваленных строительным мусором низеньких дверей. Стоянку для транспорта оборудовали в одном из укрепленных помещений первого этажа, куда можно было заехать по пандусу, на верхних этажах здания устроили наблюдательный пункт, дороги к бывшей больнице расчистили и поддерживали в неплохом состоянии. Опять же, вход в метро не очень далеко, рядом – заболоченный лесопарк, докучающих соседей почти нет – крупные звери на болотах если и жили, то местной общине не мешали, а всякую мелочь отстреливали, как только она объявлялась на территории ЦКБ. И во всем этом была заслуга Сыча, нашедшего для своих людей отличную берлогу, а также поддерживающего среди буйных рейдеров железную дисциплину.
Да, проблем хватало – пришлось укреплять подвальные помещения, вручную откачивать из них воду, ликвидировать протечки, бороться с сыростью и плесенью, а также выкуривать ползучих гадов, облюбовавших теплое и влажное место. На крыше сожгли парочку гнезд вичух; обозленные птички в отместку унесли несколько людских жизней, но насиженное место покинули – иметь десятки вооруженных до зубов двуногих по соседству опасно, пусть в силе они заметно уступают, зато берут численностью.
Незадолго до того Сыч собственноручно вырвал из когтей крылатой твари неведомую зверюгу размером с поросенка, которой птички хотели пообедать. Он уже занес нож над горлом зверя, но отчего-то передумал. Может, мутант напомнил ему о домашнем питомце из далекого детства – лохматом сенбернаре, погибшем под колесами грузовика. Хотя, надо признать, на собаку пушистый рыжий зверь никак не смахивал. Сыч так и назвал его – Пушистик.
Шли годы, питомец рос и крепчал, вымахав уже за два метра в холке. Было в нем что-то медвежье, только тело немного стройнее, не такой увалень, как косолапый. Когти на лапах – словно ножи, клыки – размером с голову человека. Нрав Пушистик имел буйный, но авторитет хозяина признавал безоговорочно – склонял перед ним голову и то ли урчал, то ли порыкивал от удовольствия, когда Сыч трепал его за ушами. Но после того, как зверь задрал двоих людей, Пушистика пришлось посадить на цепь.
От основных подвальных помещений шел плавно изгибающийся туннель к подземным комнатам морга, расположенного на территории ЦКБ. Там-то и устроил Сыч своего питомца, которого проведывал теперь несколько раз в неделю. Иначе, несмотря на завоеванный авторитет, люди могли и отвернуться от него, уйти в другой клан. Никто не станет зря рисковать своей жизнью в своем же доме. Мой дом – моя крепость. И под крышей дома должно быть тихо, спокойно и безопасно. А Пушистик отнюдь этой безопасности не способствует.
Кстати, уже скоро время кормления. Сегодня Сыч решил заняться этим лично – развеяться немного не помешает, побыть подальше от своих людей, собраться с мыслями. Пушистик его поймет, зверь всегда чувствовал настроение своего хозяина. А такого верного товарища среди людей еще надо было поискать – похоже, мутант испытывал благодарность за когда-то спасенную жизнь и не забывал об этом ни на мгновение.