– Ты, конечно, можешь сказать, что человек, пользующийся электрическим утюгом, в принципе не может допустить существования ни Бога, ни дьявола, ни души, – но что было, то было. И это не фокусы – я успел убедиться…
– И эта квартира, – сказала Корица, – стала твоей, потому что ты просто этого пожелал? Значит, ты не торговец нефтью или кокаином?
Полусветов покачал головой.
– То есть ты, значит, инкуб, а я, выходит, суккуб?
– Нет, конечно, – сказал он. – Ты – жена палача, если считать, что дьявол – палач Бога. Как считает Инститорис, один из авторов «Молота ведьм», слово «femina» происходит от «fides», «вера», и «minus», «меньше», и означает «меньше веры» – то есть женщина по существу своему склонна к меньшей вере, чем мужчина. Известно, что ее похоть не знает границ, что она – красиво окрашенное естественное зло, что грешно ее бросить и мучительно сохранить, что она принадлежит к иному виду, чем мужчины…
– Ну хорошо, – сказала она, – сам-то ты во всё это веришь?
– А как ты думаешь?
– Судя по этой квартире, да…
– Эту квартиру я купил за минуту. Купил и обставил мебелью.
– Понимаю. А я?
– Ты?
– Я – из тех женщин, с которыми делай что хочешь, или единственная?
– Единственная.
– Почему?
– Просто единственная, и всё.
– Ни за что не поверю, что ты с самого начала считал меня единственной…
– Не знаю, как это объяснить.
– Попытайся.
– Не злись.
– Ты меня меняешь? Только честно! Прости, но я случайно наткнулась на твой альбом с эскизом женской фигуры фас и профиль. Трудно было не узнать себя. Ты задумал меня изменить?
– В смысле?
– Руки, ноги, задницу и всё такое…
– Ты сама меняешься, если на то пошло.
– И все-таки?
– Ну…
– Ты не уменьшаешь мою грудь? Не увеличиваешь задницу? Не укорачиваешь пальцы на ногах? Нет?
– Не совсем…
– Таинственный механизм морфологической трансформации?
– Тебе не нравится?
– Нравится, черт возьми, но это мое тело!
– Кора!
– Так ты причастен к этому, Полусветов?
– И да, и нет…
– Значит, да. – Она перевела дух. – Черт возьми, почему меня не спросил? Я же не против, но хочу знать, что со мной происходит… раз уж я стала женой палача…
Он помолчал.
– Я не хотел обижать тебя…
– Не хотел говорить о моих проблемах? О толстых кривых ногах? О слишком больших сиськах? О шестом пальце?
– Кора…
– Сегодня я заметила, что даже вижу иначе. Что-то ближе, что-то дальше… словно я стала выше ростом…
– Стала.
– Пигмалион хренов! Ты сделал мне предложение, но не удосужился признаться, что я…
– Это зависит не только от меня…
– Ага. Понимаю. Дьявол хочет, чтобы я соответствовала твоим стандартам!
– Господи…
– Дьявол!
– Кора…
– Ну почему ты не спросил меня? Почему, черт возьми, ты мне не доверяешь? Понимаю, мы с тобой знакомы всего два дня, но это не значит, что со мной можно не считаться!
– Кора…
– Мне нравится, чтó со мной происходит. Нравится! Но ты мог бы сказать, чтó это значит!
– Нравится?
– Нравится. – Помолчала, остывая. – Значит, мы теперь связаны до конца жизни…
– Выходит, так.
– Но шестой палец я тебе не отдам.
– Окей, договорились.
– С этой минуты, Полусветов, – никаких тайн во всём, что касается моего тела. И вообще никаких тайн.
Он кивнул.
– И хватит тянуть с моей трансформацией – хочу в Париже быть как новенькая! Чтоб ножки как у Мэрилин, грудь как у Сальмы, губы как у Ингрид…
– Это не так работает, Кора. Совсем не так.
– А как? Из материала заказчика?
Он снова кивнул.
– Когда летим?
– Думаю, послезавтра. Осталось тут одно дельце…
– Миллионы женщин умоляют Бога о красивом теле, но безрезультатно, – задумчиво проговорила она. – А тут нате вам – дьявол…
– Бог – это природа, дьявол – культура. Всё искусственное принадлежит дьяволу – культура, наука, ботинки с наборным каблуком, велосипеды, выдох… а вот вдох – Богу…
– Вдох не бывает без выдоха!
– Ну а я о чем?
– А ты можешь сделать так, чтобы я понимала французский?
– Уже. И английский, на всякий случай.
– Слушай! Это значит, что можно посуду не мыть и одежду не стирать?
– Да, стоит только пожелать и произнести заклинание – тринадцать.
– А если я произнесу это заклинание?
– Нет, потому что твоя душа – при тебе. Ты же не продала душу дьяволу.
Кора вздохнула.
– А ты можешь управлять моими сновидениями? А то мне ничего не снится…
– В Средние века в Брабанте считалось, что больных людей во сне уносит дьявол, заменяя их «figmenta» – ложными телами или образами. Ложное тело умирало, а реальный живой человек жил в каких-то других краях, в какой-нибудь terra somnia – стране грез…