— Вы все уже наверняка прочитали этот документ? — произнес он, показывая на донесение.
Все закивали головами.
— Сегодня мы не будем заниматься его обсуждением… — Он остановился, ожидая, когда Орен, его адъютант, сядет в кресло у двери и начнет вести протокол. — Дело чрезвычайно серьезное. С одной стороны выясняется, что среди нас, возможно, есть осведомитель, я подчеркиваю: возможно. В то же время нас предупреждают о готовящемся террористическом акте. — Он повернулся к начальнику контрразведки. — Что вам удалось узнать после нашего разговора?
— Видите ли, — сказал человек с большим носом, прочищая горло. Он явно нервничал, ибо занял свое место совсем недавно. — Насколько я могу судить, в Моссад не может быть осведомителя.
— Почему вы так уверены? — спросил директор.
— Как вы знаете, каждые шесть месяцев мы проводим проверку всех сотрудников Моссад на детекторе лжи. Что до разведчиков, то мы проверяем их еще чаще. Поскольку у нас нет доказательств обратного, я должен заключить, что среди нас нет осведомителя.
Поколебавшись, он добавил:
— Если только…
— Что «если только»? — резко спросил директор, наклоняясь вперед.
— Если только он не появился в последние шесть месяцев или каким-то образом избежал проверки.
— Так. — Аврахам посмотрел на Орена, чтобы убедиться, что адъютант записывает все его слова. — Контрразведка немедленно же приступит к проверке, и я поручаю вам лично, он ткнул пальцем в сторону человечка, старательно вытиравшего пот, обеспечить, чтобы все, решительно все, прошли тест. — Аврахам за курил сигарету и повернулся к Амосу. — Я хочу, чтобы все ваши отделы в посольствах допросили всех агентов, выяснили, что они знают об этом Лисе, который предположительно должен возглавить террористов. Все остальные операции следует приостановить до окончания этой работы. -Амос нервно постукивал пальцами по спичечной коробке.
— Как быть с операциями, где только сейчас устанавливают контакты? Не могу же я просто отозвать своих людей.
— Приостановите всякую деятельность. — Аврахам слегка повысил голос. — Если есть какие-нибудь действительно неотложные дела, обговорите их со мной лично. Ясно?
Аврахам не слишком жаловал Амоса, которого за его спиной называл «трепачом». Не жаловал еще тогда, когда был начальником оперативного отдела, а Амос его заместителем; не жаловал и теперь.
— Хорошо. Но я протестую против того, чтобы имя моего агента того, что послал донесение, скрывали от меня. — Амос побагровел, его губы приобрели бледносиний оттенок.
— Я вас понял, — сказал Аврахам. — Но я решил, что этим делом будет заниматься специальная группа. По моему мнению, обнаружение и уничтожение новой террористической группы и «крота» взаимосвязаны, соответственно и следует строить наши действия. Я хочу, чтобы все распоряжения Мусы, который возглавит специальную группу, пользовались приоритетом. В состав группы войдут преимущественно сотрудники Масады, так чтобы операция охватывала весьма ограниченный круг людей.
Аврахам встал, быстро оглядел сидящих и спросил:
— Есть ли какие-нибудь вопросы?
В кабинете царило молчание.
— И еще одно, — сказал Аврахам, — я уверен, что директор Шабака будет просто счастлив доложить премьер-министру, что в Моссад якобы завелся «крот», чтобы вывалять нас в грязи. Поэтому полученные от агента сведения необходимо держать в строжайшей тайне. Если произойдет утечка, я сам лично найду виновного. И уж поверьте мне, — на его лице появилась жестокая улыбка, — это будет для него самый черный день в его жизни.
Он повернулся к начальнику Масады.
— Вы и Муса останьтесь. Я хочу поговорить с вами.
Оба, кого он назвал, вновь уселись. Аврахам тоже сел и переключил свое внимание на извлеченное им из ящика стола досье, показав жестом, что совещание окончено.
Когда все разошлись, Аврахам пересел поближе к двоим оставшимся. Очевидно, предполагался неофициальный разговор.
— Я хочу, чтобы вы нашли для меня этого «крота», — сказал он, делая упор на каждое слово. Он редко бывал таким разгневанным. — Мы не можем ничего делать, пока не найдем этого стукача. Ты говорил, у тебя есть какой-то план? — спросил он у Мусы.
— Я бы не назвал это планом, скорее кое-какие предложения, как действовать.
— Выкладывай.
— Я вызвал Натана, но мне нужно ваше одобрение. Он работает в отделе Аль.
— Ну и что? — Практически приостановив всю деятельность своей организации, Аврахам проявлял вполне понятное нетерпение.
— Я хочу объединить его с отрядом «Кидон» и снабдить всей получаемой информацией. А как только мы установим местонахождение террористов, он сможет приступить к непосредственным действиям. И никто, кроме отряда «Кидон», не будет в курсе происходящего.
Аврахам откинулся назад, глубоко вздохнув.
— Почему именно Натан?
— Потому что это он завербовал агента Нечистая Игра. К тому же я ему доверяю.
— А что думаете вы? — Аврахам повернулся к начальнику Масады.
— Я согласен с Мусой. И уже сказал Амиру, чтобы он встретился с Натаном. Амир возглавляет одно из трех подразделений «Кидона», — объяснил тот. — Я сказал ему, что он получит распоряжения непосредственно от Мусы. Меня заботит только одно…