К ним подходит мэр.
Мэр. Великолепная идея! Истины и не могут устареть. Дорогой друг, я предлагаю такой распорядок: сначала выступаете вы…
Дело. Но это уж чересчур — почему сначала?..
Мэр. Я ведь должен вручить подарок, этим мы кончим. Значит — сначала вы, потом акт вручения, потом он благодарит. Нужно торопиться — он очень устал. И потом, кто знает, что задумали разбойники?
Дело. Что они задумали? Ясно что. Вы, по крайней мере, приготовили свечи?
Мэр. Можете быть спокойны, мы гарантированы от всех неожиданностей. Значит, решено — начинаете вы.
Дело. Я никогда не уклоняюсь от гражданского долга. Кстати, вы напомнили ему про апельсиновые корки?
Мэр. Конечно.
Госпожа Ришар (госпоже Дело). Я все-таки не думаю, чтобы он на ней женился, у нее ноги, как спички, и потом разве это партия для такой знаменитости?..
В дверях сутолока — несколько членов муниципального совета не впускают маркиза де Шампиньи.
Маркиз. Вы, кажется, меня не узнаете? Я маркиз де Шампиньи.
Член совета. Приказ мэра…
Мэр (подходит). Я вас прошу, господин маркиз, не настаивайте. Вы должны войти в наше положение. Из уважения к великой заатлантической республике мы постановили…
Маркиз. Я уже слышал — вы постановили в шестнадцатый раз переименовать эту площадь. Для меня она останется просто «Большой площадью», так называл ее мой дед…
Мэр. Господин маркиз, я вас прошу, не настаивайте… Мы постановили исключить из муниципального совета всех цветных…
Маркиз. Не понимаю, где вы нашли цветных?
Мэр. Вы сами понимаете, господин маркиз, как мне неприятно… Я ведь старый социалист… Но мы постановили исключить вас.
Маркиз. Вы смеете оскорблять меня, представителя древнейшего рода де Шампиньи? Мой прадед был старшим каретником при дворе Людовика XVIII, и ваш прадед ему кланялся в пояс.
Мэр. Все это так, господин маркиз. Но вы сами понимаете — ногти. Главное — это ногти…
Маркиза выталкивают.
Теперь все в порядке. Прошу сесть.
Входит Лоу.
Милостивые государи и государыни! Я открываю торжественное заседание муниципального совета для вручения дара городу Джексону.
Оркестр играет туш.
(Музыкантам.) Тише, слишком рано. Слово для приветствия имеет мой заместитель господин Дело.
Дело (читает, запинаясь). С восторгом наш древний город, выдержавший много осад, о чем свидетельствует лев на площади Тьера… на Сталинградской площади… я хочу оказать на площади Джемса Лоу, приветствует представителя великой победоносной страны, которая показала, что она является первой страной в мире. Мы глубоко уважаем, господин фон… господин Лоу, вашу оздоровляющую мир расовую политику и те принципы нового порядка, которые блистательно изложены в сочинении «Майн кампф»… простите, в «доктрине Трумэна». Я счастлив, что могу сейчас лично поблагодарить представителя державы, которая одерживает знаменательные победы над большевиками на берегу Волги… блистательные дипломатические победы на берегу… на берегах Гудзона и Потомака, уничтожая последние очаги коммунистического сопротивления. Франция умеет быть признательной, она знает, что ее судьба тесно связана с судьбой… здесь очень темно… с судьбой Америки, и она просит передать великодушному Адольфу… великодушному Гарри Трумэну, чей портрет украшает эти стены, нашу чистосердечную признательность.
Оркестр начинает туш.
Мэр (оркестру). Тише, слишком рано. (Собранию.) Разрешите мне сказать несколько простых задушевных слов. Как старый социалист, я тесно связан с народам. О чем говорят сегодня с утра все жители нашего города без различия вероисповедания, политических убеждений, социальной или расовой (запинается)… одним словом, принадлежности? Они говорят об одном: «Мы жаждем отблагодарить щедрый Джексон». Мы демократы, наш девиз — все для народа, все через народ. Вот почему мы единогласно приняли решение поднести городу Джексону нашу самую дорогую реликвию, символ независимости, — льва, который украшал свежепереименнованную площадь… (Пьет воду.)