– Ненавижу перелеты, – шепотом признался Назир Элен.
– А я думала, ты ничего не боишься! – проворковала красотка.
Назир сердито нахмурился:
– Я же сказал – ненавижу, а не боюсь.
Как только они оказались в воздухе и надпись «No smoking» погасла, Назир нервно закурил сигарету. Через несколько минут он встал и направился в туалет, расположенный в задней части маленького самолета. По пути он мельком оглядел пассажиров – они дружно восхищались прекрасными видами Эгейского моря.
Лишь попутчики, устроившиеся в самом конце салона, не очень понравились Назиру. Может, это и не имело особого значения, но трое небритых мужчин, громко разговаривавших по-арабски, одетых в джинсы и цветные рубашки, испещренные арабскими надписями, сели не в Афинах, а где-то раньше, и во время стоянки из самолета не выходили. Назир обдумывал этот факт, боком протискиваясь по узкому проходу между креслами… Вернувшись наконец на свое место, Назир собрался было выкурить вторую сигарету, но тут вдруг начался страшный переполох. Со всех сторон послышались испуганные крики, в прекрасных глазах Элен мелькнул ужас. Назир тоже струхнул, решив сначала, что в самолете обнаружились какие-то технические неполадки. Неужели они рухнут в Эгейское море?!
Назир вытянул шею, отчаянно пытаясь хоть что-нибудь разглядеть над головами взбудораженных пассажиров. Наконец его взгляд остановился на одном из тех подозрительных типов, которых Назир недавно видел в конце салона. Теперь один из них стоял в проходе, вскинув над головами людей большой пистолет – для всеобщего обозрения. Он что-то выкрикивал, но его слова тонули в общем гвалте. Тогда он включил маленький мега-фончик и громко приказал всем оставаться на своих местах. На ломаном английском этот человек скомандовал:
– Все садиться! Без фокуе! Кто не слушать, тот умереть! Садиться! Ну!
Приказ подействовал. Тут и там послышались истерические рыдания. Мужчина продолжал:
– Мы братья революция, мы не хотеть вам обидеть. Мы хотеть освободить наши други и хотеть деньги. Нужно для революции и для палестинский народ.
В салоне воцарилась гробовая тишина. Пасса-, жирам стало ясно, что они угодили в лапы к террористам.
– Что будем делать? – дрожащим голосом прошептала Элен.
– Ничего, – так же тихо ответил ей Назир. – Ждать и молиться.
Сзади наступали еще двое, грозно размахивая оружием. Тип с мегафоном распорядился:
– Отдавать паспорта моим людям! Живо! Живо!
Его подручные стали быстро собирать протянутые со всех сторон документы. Главарь, получив целую стопку, сунул пистолет за пояс, выбрал несколько паспортов, швырнул остальные через плечо и грозно спросил:
– Есть среди вас евреи? Ответа не последовало.
В этот момент дверь кабины пилотов приоткрылась, главарь вытащил оттуда проводок, прикрепленный к какому-то невидимому предмету и, подняв руку, чтобы продемонстрировать проволочку всем пассажирам, предупредил:
– Кто пробовать меня ударить, я падать на земля и тянуть – там граната. Кабина пилота бах-бах! В воздух! Кто жить надоело, давай пробовать, ну!
Он оглядел всех со зловещей ухмылкой. Затем, всунувшись с мегафоном в кабину, спросил:
– Этот канал слышать израильтяне? – Из кабины донеслось что-то неразборчивое, и главарь террористов принялся истошно вопить в мегафон: – Еврейские гады, слышать меня?! Мы братья революция! Отзывайся!
Тишина.
Террорист еще немного поорал на ломаном английском, а потом перешел на арабский:
– В наших руках самолет. Пассажиры будут убиты, если вы не освободите из тюрем наших братьев. – Он зачитал список из двадцати фамилий.
– Кто ты? – наконец отозвались с земли.
– Вы можете полюбоваться мной на экране радиолокатора, – ответил террорист. – Через минуту я велю повернуть самолет на юг, и вы узнаете, где я.
Он крикнул что-то пилоту, и через несколько секунд самолет резко накренился. Террорист чуть не потерял равновесия, а пассажиры затаили дыхание.
– Пошел к черту, дерьмо! – выругались с земли. – Со сволочами-террористами не разговариваем!
Рассвирепев, главарь повернулся к пассажирам и гаркнул по-английски:
– Те, кого я прочитать фамилии, идти назад! Живо!
Он выкрикнул шесть фамилий, после каждой швыряя паспорт на пол. Фамилия Назира прозвучала пятой.
– Не ходи. Сиди тихонько, – умоляюще шепнула Элен, крепко сжав его руку.
– Тогда они сами за мной явятся. Лучше пойти, – дрожащим голосом ответил Назир.
Он, пошатываясь, отправился В заднюю часть самолета и встал возле туалета; остальные пятеро столпились по другую сторону прохода. Тут же, свирепо глядя на свои жертвы, поигрывали пистолетами Два террориста. Назир ломал себе голову: что они собираются делать? Тем временем главарь снова перешел на арабский, чтобы послать на землю следующее сообщение: