«Вы очень странный человек», — сказал Баллиста.
Они двинулись вверх по холму. Сначала Баллиста уводила их от ближайшего костра. Им нужно было подойти к нему с подветренной стороны. Излишняя осторожность не требовалась. Завывание ветра должно было заглушить шум их приближения, но они всё равно двигались осторожно, держась на расстоянии нескольких шагов друг от друга, словно патрулируя местность. Необходимая концентрация отвлекала их от холода.
Время почти теряет смысл, когда поднимаешься на тёмный, продуваемый всеми ветрами холм, думая лишь о том, что произойдёт в конце подъёма. Ветер шуршал в деревьях, ветви скрипели, камни вертелись под ногами, а грязь цеплялась за ботинки. Снова пошёл дождь.
Приблизившись, они замедлили шаг. Шагах в тридцати они остановились за карликовым дубом. Смахивая дождь с глаз, они выглянули из-за корявого, скользкого ствола. Холод вернулся. Максимус передал Баллисте немного вяленого мяса. Тот прожевал его, не задумываясь; это предотвращало стук зубов.
Они увидели двух охранников. Они отбрасывали длинные, скользящие тени, расхаживая взад-вперед и топая ногами. У костра виднелись и другие, неясные фигуры, закутанные в одеяла.
Баллиста хотел бы понаблюдать подольше, но времени не было. Он коснулся плеча Максимуса. Они пожали друг другу руки.
Выйдя из-за дуба, они пошли вперёд. Не было смысла бежать, рискуя упасть, пока их не заметили.
Человек, за которым охотилась Баллиста, был невнимательным. Северянин всё равно пробежал последние несколько шагов. Его меч взмахнул. Мужчина начал поворачиваться. Клинок попал ему в челюсть. Он беззвучно закричал. Выхватив оружие, Баллиста добил его мощным ударом в затылок.
Ещё один мужчина поднимался с одеяла. Три быстрых шага, два рубящих удара — и он снова опустился. Баллиста двинулся дальше. Следующий поднялся на ноги и пытался освободить оружие. Баллиста вонзил клинок ему в живот.
Обернувшись, чтобы найти угрозу, Баллиста увидела лишь Максимуса, добивающего человека на земле. Семеро погибло. Всё закончилось за считанные мгновения.
На склоне холма хрустнула ветка. Среди деревьев двигались тёмные силуэты; пять, шесть, может, больше. Чёрт. Сюрприз был на их стороне. Баллиста и Максимус немного отошли друг от друга.
Первый ринулся вниз по склону на Баллисту, выставив вперёд меч. В последний момент Баллиста обрушил клинок вниз и поперёк, отбросив оружие противника вправо. Баллиста опустил левое плечо, напрягшись. Враг врезался в него. Воспользовавшись силой удара, Баллиста отбросил его вправо.
Выпрямившись, Баллиста парировал удар меча следующего влево. Он с силой ударил локтем в нос противника. Когда тот отшатнулся, Баллиста ударил его рукоятью меча по лицу. Тот упал навзничь, завывая.
Быстрый шаг вправо, и Баллиста обрушил дугу клинка на первого противника, уже вскакивающего на ноги. Клинок во что-то вонзился. Времени на проверку не было. Баллиста резко развернулся. Третий бандит бросился вперёд. Баллиста отскочил назад, подняв руки и выгнувшись. Сверкнули искры, когда клинок царапнул кольчугу, прикрывавшую грудь Баллисты. Он и его противник оказались прижаты друг к другу лицом к лицу.
Они боролись, ноги скользили, слишком близко, чтобы использовать оружие. Баллиста заметил, что второй нападавший поднимается с земли. Мужчина, с которым боролась Баллиста, попытался укусить его за нос. Баллиста вывернулся. Зубы рвали щеку. Кровь была горячей. Пальцы левой руки мужчины цеплялись за глаза Баллисты. Северянин ударил каблуком правого сапога по подъёму ноги мужчины. Его хватка ослабла. Баллиста вырвался, левой рукой выхватил кинжал из правого бедра и с силой вонзил его в пах противника.
Последний из нападавших, оставшийся на ногах, начал отступать. Баллиста осторожно двинулся к нему. Мужчина развернулся и побежал. Баллиста бросился за ним. Мужчина потерял равновесие в грязи. Он упал лицом вперёд. Баллиста набросился на него, вонзив остриё клинка ему в спину.
Баллиста быстро поднялась. Не было слышно звука стали о сталь. Никакой борьбы. Только тихие всхлипы и пронзительные вопли. В нескольких шагах от неё двигалась тёмная фигура, чуть ниже Баллисты. Размытый отблеск её меча блеснул в свете костра, когда она снова и снова наносила удары. Конечно, с Максимусом всё было в порядке.
Баллиста вернулся к двум раненым противникам, лежащим на земле. Упираясь ботинками в грязь, он убил обоих. Не было смысла оставлять их в живых. Он не говорил на их языке и не мог их допрашивать. У него не было желания даже пытаться.
Баллиста вытащил кинжал из паха убитого. Он вытер его клинок и клинок меча и вложил их в ножны.