«Конечно, но нельзя сказать, что это было невесело», — сиял Максимус.
«Ты и вправду бессердечный, жестокий ублюдок». Но Баллиста чувствовал, как его охватывает послебоевая эйфория. Он был жив, невредим. Он молодец, не подвёл ни себя, ни других. Да, в ужасном смысле Максимус был прав: Баллисте это понравилось.
«Как думаешь, их будет еще кто-нибудь?» — спросил Максимус.
«Без понятия. Но пытаться разжечь огонь на этой дороге в такую ночь — просто подлость. Иди и попроси патрульных отнести сюда этого несчастного старого ублюдка».
Максимус повернулся, чтобы уйти.
«И ухай, как сова, когда вернешься, чтобы я тебя не убил».
«Как будто ты можешь».
«Как будто я мог», — сказал Баллиста. Дождь лил с перерывами всю ночь, но разбойники больше не появлялись из темноты. Баллиста и его люди развели костёр. Укрыв его плащами, они переодели Калгакаса из мокрой одежды, растерли его подогретым маслом и надели на него самую сухую одежду, какую только удалось найти в солдатских рюкзаках. Они дали ему горячего питья и сами выпили. Старый каледонец много жаловался — впечатляющий набор ругательств на самых разных языках. С ним всё будет в порядке.
Утро выдалось ясным; лишь отступали рваные обрывки грозовых облаков. Они вернулись на тропу и без происшествий дошли по ней до Арбелы. Деревня располагалась на краю обрыва. Оба отряда ждали.
Рутилус доложил. Незадолго до того, как его колонна достигла деревни, произошла вялая атака. Двое солдат были ранены, ни один из них не был серьёзно ранен. Остался лишь один мёртвый бандит. Они ворвались в Арбелу на рассвете. Она была безлюдна. Чудесным образом, после долгого ночного марша, легионеры Леруса прибыли в течение получаса.
«Миссия была скомпрометирована с самого начала, — сказал Баллиста. — Неудивительно, что они все исчезли».
Рутилус улыбнулся: «Некоторые из них не ушли далеко».
Высокий префект подвёл Баллисту к краю обрыва. Вид был потрясающий. Справа раскинулся северный конец Тивериадского озера, сияющего синевой под зимним солнцем. Прямо перед собой, вдали, виднелась заснеженная вершина горы Хермон. До неё было, должно быть, не менее пятидесяти миль.
На вершине скалы ветер обдувал их. Баллиста смотрела вниз. Отвесный обрыв серой скалы высотой в двести-триста футов. Ниже был более пологий склон примерно такой же высоты. Нижний склон был покрыт зеленью. Несколько бледно-серых тропинок вели вверх к подножию скалы. У подножия скалы двигались крошечные фигурки римских солдат.
«В скале есть пещеры, — сказал Рутил. — Некоторые разбойники укрылись в них. Мы не можем добраться до них снизу. Тропы слишком крутые и узкие. Ребёнок мог бы сбросить камни вниз и смахнуть наших людей».
Баллиста посмотрел на утёс, на склон, на долину внизу и на противоположные утёсы. Последние были слишком далеко – там ничего не было. Он повернулся и посмотрел на вершину утёса: несколько склонившихся деревьев, деревню с добротными домами и синагогу на краю.
«Мы могли бы уморить их голодом», — предложил Рутилус. «Хотя», — добавил он, — «мы не знаем, насколько хорошо они обеспечены».
«Нет, — сказал Баллиста. — Сидеть здесь без дела — это слабость. Если мы проявим слабость, все бандиты Галилеи набросятся на нас».
Они стояли, глядя на изрытые скалы, на сухие клочки растительности, за которые невозможно было ухватиться. Внезапно Баллиста рассмеялась. Рутилус вопросительно посмотрел на него.
«Деревню – снесите её, пусть люди соберут весь лес, что-нибудь подходящей длины. Вы послали за лошадьми? Хорошо. Когда они прибудут, отправьте людей в город Тивериада на озере. Это своего рода порт. Там должны быть верёвки и цепи. Соберите всё. И масло для передач, и смолу, добудьте много смолы. Также отправьте людей обратно в Капоркотани. Соберите луки из арсенала в легионерской крепости. Немного, около сорока или пятидесяти. И передвижную кузницу – у VI легиона должно быть больше одной».
«Мы сделаем то, что приказано, и будем готовы к любому приказу».
«Мы построим два-три крана здесь, на вершине скалы. Мы спустим туда лучников в клетках. Они выжгут разбойников огненными стрелами».
Теперь Рутил засмеялся. — Доминус, это великолепно.
«Да, это так. К сожалению, это не моя идея. У царя-клиента Рима возникли проблемы с разбойниками – это должно было произойти здесь или поблизости. Иосиф Флавий в своей «Истории Иудейской войны» рассказывает нам, что он сделал. Видите ли, человек, знающий историю, часто бывает подготовлен». Подготовка заняла восемь дней. В конечном итоге, исходя из имеющихся материалов, был построен только один кран. Никто из солдат не спешил вызываться добровольцем – удивительно, как мало из них признались в умении обращаться с луком – пока Баллиста не объявил, что люди в клетке получат денежное вознаграждение, сопоставимое с тем, которое получали участники штурмового отряда во время осады.