Маринус не ответил.
«Вы не арестованы. Никто не имеет права вас преследовать или задерживать. Вернитесь сюда через три часа с более точным ответом».
Маринус машинально отдал честь, повернулся, спустился по ступенькам и втиснулся в толпу зевак.
Калгак двинулся вслед за ним.
Марин свернул на агору. Там было многолюдно. Калгак сначала не мог его заметить. Каледонец не сделал ничего резкого, ничего, что могло бы привлечь внимание. Он просто шёл, оглядываясь по сторонам – человек из другого города, в дорожной шляпе на голове, любуясь видами.
Вихрь людей, и вот Маринус. Опцион был с другим мужчиной: пожилым, бородатым, штатским. Пришедший вёл Маринуса за руку, разговаривая с ним тихо и серьёзно.
Калгак последовал за ним. Они пересекли всю агору. Они прошли мимо многочисленных лавок, торгующих разнообразными товарами. Они прошли мимо величественных фасадов храмов Аполлона и Деметры, святилищ Исиды и Сераписа, святилищ Тиберия и Адриана.
Старший повёл Марина на северо-восток. Центр города был распределён по ровным кварталам, как в Гипподаме. Калгаку было легко незаметно следовать за ними. Он подумал, что, возможно, ему стоит стать фрументарием.
Пройдя некоторое время, они подошли к Капоркотанским воротам, ведущим на Великую равнину и простиравшиеся за ней холмы Галилеи. Калгак подумал, не собирается ли Марин бежать. Но как только они прошли под воротами, штатский повёл его направо, в предместье.
За стеной Ирода не было никакой уличной планировки. Переулки и переулки извивались и поворачивали. Калгаку приходилось держаться ближе, но у него не возникало особых проблем с тем, чтобы оставаться на связи и незамеченным.
Марин и его спутник подошли к ничем не примечательной двери. Они постучали, и их впустил крепкий мужчина. Калгак ждал на углу улицы. Это был бедный пригород. Дома в основном были невысокими, немного обветшалыми. Стены амфитеатра нависали над местностью. Калгак улыбнулся. Если он прав и это место христианских собраний, властям не придётся тащить их далеко, чтобы встретить свою судьбу.
Калгакус подошел к двери и постучал.
«Да?» — Крепкий мужчина выглядел настороженным.
«Я христианин», — сказал Калгакус.
Мужчина просто посмотрел на него.
«Из другого города», — добавил Калгагус. «Из Эфеса, только что пришвартовался».
Мужчина по-прежнему ничего не говорил.
«Аппиан, сын Аристида, свидетельствовавший во время гонений Валериана, сказал мне, где тебя найти». Это был выстрел наугад, что этот человек, должно быть, слышал о самом известном из христиан, которого Баллиста убил, когда они были в Эфесе. Калгак понятия не имел, знал ли Аппиан место встречи христиан в Кесарии. В любой момент ему мог понадобиться нож в сапоге, чтобы проверить пределы пацифизма секты.
Мужчина кивнул и распахнул дверь. «Господь с тобой, брат. Чем мы можем помочь?»
«И с твоим духом», — сказал Калгакус, снимая шляпу. «Ничего особенного, просто возможность помолиться в тишине».
«Придите с любовью Божией. Пожалуйста, займите место сзади. Наш благочестивый епископ Феотекн находится у алтаря и наставляет одного из наших братьев в час его испытаний».
Калгак сделал, как ему было велено. Он видел и слышал, как молятся христиане. Они молились по-разному. Но некоторые преклоняли колени и не поднимали головы. Похоже, это подходило. Из-под бровей ему было хорошо видно.
Человек, которого он теперь знал как первосвященника христиан, стоял перед алтарём лицом к солдату. Священник наклонился и откинул военный плащ Марина. Он указал на меч. Обернувшись, он взял книгу – не свиток папируса, а кодекс нового образца. Он положил её на алтарь перед Марином.
«Выбирай», — сказал Теотекн.
Маринус без колебаний протянул руку и схватил книгу.
«Тогда держись», — сказал Теотекн. «Держись за Бога. Да обретёшь ты то, что избрал, по Его велению. Иди с миром».
Христиане обнялись, и Маринус ушел.
Возможно, слишком поспешно, Калгак последовал за ним. Человек у двери бросил на него странный взгляд, но не попытался остановить. Возможно, он списал это на похотливое желание посетителя увидеть, что случилось с будущим мучеником.
Калгак заметил Марина, возвращавшегося в город через Капоркотанские ворота. Опцион, не глядя ни налево, ни направо, направился к дому на севере Кесарии, недалеко от входа в акведук. Он оставался там некоторое время. Калгак предположил, что это жилье Марина. Он ждал снаружи. Это не составило труда. День был погожий.