Дня через два мы отправились прокатиться на яхте. Солнце нещадно палило, но мы стояли, обнявшись, на носу судна, наблюдая за резвящимися дельфинами.
— Если бы ты знала, как я счастлив, — прошептал я, целуя солёные от океанской воды скулы.
— Я знаю. Потому что счастлива не меньше. Мне хочется набирать это чувство в ладони и делиться со всем миром, — призналась Вика, ластясь ко меня, как кошка.
— Тогда отсыпь немного Ти Джею. Он совсем скис, — поделился я своими переживаниями.
— Слушай! Я же забыла тебе рассказать! — вдруг затараторила Вика, откидываясь в моих руках, — Дмитрий… Он тоже по мальчикам! У Ти Джея есть шанс…
— Откуда ты знаешь? — изумился я.
— Неважно! — отмахнулась Вика. — Главное, что это правда.
— Тогда я обрадую Шоколадку? — спросил я, извлекая телефон из нашего рюкзака.
Я настрочил короткое сообщение другу и тут же отправил. Следом от Шоколадки посыпались сообщения на тему: “А ты уверен!?”, “Откуда инфа?”. В общем, одной sms-кой дело не ограничилось. Когда я вернулся к любимой, она уже отошла от борта, и теперь загорала на корме, стащив лифчик. И как я такое пропустил?!
Тут же ревниво осмотрелся. Впрочем, мои опасения были напрасны. Выбранное Викой местечко было достаточно уединенным. По крайней мере, из рубки точно не просматривалось. Возможно, так специально было задумано для гостей, желающих уединиться. Я тихонько подошёл, уселся рядом. Дыхание любимой изменилось — она почувствовала моё присутствие. Я провёл костяшками пальцев по выпирающим косточкам бёдер, коснулся живота, едва ощутимо прошёлся по соскам. Она задышала чаще, впрочем, так же, как и я. Знаю, что ей мало. Знаю, как она любит. Зажимаю острые вершинки и несильно выкручиваю. Она не открывает глаз, не подаёт голоса, и только по мурашкам на теле любимой я понимаю, что нахожусь на верном пути. Это невыносимо эротично. После моих ласк соски розовеют и вытягиваются. Обожаю наблюдать за этим волшебным превращением.
— Хочешь конфетку? — спрашиваю я, поглаживая сквозь шорты свой набухший член.
Да, я осмелел… Я могу говорить и делать все, что хочу. Потому что она моя. Потому что мы, как никогда, раскованны, открыты друг для друга. Тайн больше нет.
— Очень, — шепчет Вика, открывая переполненные страстью глаза.
Дрожащими руками приспускаю шорты. Она облизывает пересохшие губы и немного сдвигается. Я сажусь на колени. Глаза в глаза, язык скользит по уздечке. Вика изучила, как я люблю. То, что мы не одни на этой посудине, заводит ещё сильнее. Я сжимаю зубы и зарываюсь руками в волосы любимой. Я больше не боюсь сделать ей больно, наоборот, теперь я нетерпеливо толкаюсь и задаю темп. Знаю, что она справится. Моя девочка… Мне невыносимо хорошо, но я не хотел бы закончить вот так. Она понимает меня с полувзгляда. Отстраняется неспешно, вопросительно приподнимая брови.
— Ляг на бок, — шепчу я и устраиваюсь сзади. Если кто-нибудь и придёт сюда, то не увидит ничего интересного. Сдвигаю полоску трусиков в бок, аккуратно толкаюсь внутрь. Нам не нужны резинки. Да, ей рановато беременеть, но даже если это случится, то катастрофы не будет. К тому же я всегда могу выскользнуть. Начинаю двигаться, поддевая пальцами латекс купальника, пробираюсь внутрь, сжимаю напряжённый бугорок, прислушиваюсь к любимой. Целую соленый затылок, покусываю выступающие позвонки. Вика кусает костяшки пальцев, сдерживая крики. Бедная девочка… Ничего, мы ещё пошумим, когда будем одни. Я на грани, но никогда больше не кончу без неё. Давай же, милая, давай… Я натираю влажный, твёрдый клитор, и в один момент Вика улетает, зажимая меня в тисках своего оргазма. Я выскальзываю, кончая.
Разомлевшие, потные, прыгаем с борта яхты в бирюзовую воду, но даже посреди бескрайнего океана не можем оторваться друг от друга. Она моя… Теперь уже да.
Наш короткий отпуск закончился очень быстро. Впереди нас ждали дела. Тренировки, выезды, разлуки… Но это все неважно. Главное, что мы нашли друг друга.