— Что вы тут делаете, воры или кто такие? — мужчина в фиолетовой рясе вскинул руку и при виде Онвир тут же ее убрал. — Как это возможно, ты освободил её, — растерянно таращась на деву неба, пробормотал мастер одаренных, по имени Корнелиус.
Первое, что пришло в голову путнику, это сказать, что он партнер Сесила, и это он дал ему деву. Если кучерявый не лгал, то он теперь тут главный. Но, полагаясь на свое предчувствие, сказал совершенно другое.
— Мы не воры, мы пытаемся найти выход, — с наигранной уверенностью проговорил странник.
,— Невероятно, что кто-то смог заключить с ней контракт. Никто не мог, какой же силой ты обладаешь? — не двигаясь с места, будто в ступоре сказал гильдиец.
— Очень малой, сам не знаю, как это случилось, — в этот момент Роберт решил, что если начался разговор, то нужно его продолжать, чтобы дело не дошло до конфликта.
— Интересно, очень интересно. Видно, что ты не пытаешься лгать, — протяжно и задумчиво проговорил мужчина. — Я не буду вас задерживать, дверь выведет на внешнюю тренировочную площадку. Пройдите прямо: будет выход за пределы гильдии, можете спокойно идти. Там никого нет. С ней вам тут лучше не оставаться, что бы ни произошло И еще один момент: тебе лучше с ней отправиться в храм первых.
В это время в другой проход тренировочной площадки влетели несколько членов гильдии в фиолетовых жакетах и несколько в серебряных. С ними кучерявый и еще двое. Все замерли.
— Видишь, как оно выходит, дружище ли ты или уже и нет, — не отрывая странный взгляд от Онвир, проговорил Сесил.
— Она его по праву, вы не смеете мешать и вам её не одолеть. Предатели и отступники, — гневно выдал Корнелиус.
— Черт, не успели, — выругался Роберт.
Дальше события стали разворачиваться бешеным темпом. Двое в серебряном перекрыли выход наружу, оба вооруженные мечами. Остальные встали так, чтобы не мешать друг другу. Один из фиолетовых резко протянул руку вперед, что-то пробубнив себе под нос. Ноги странника пошатнулись, горло сдавило, а в глазах помутнело. Теряя ориентацию, он начал падать. Корнелиус быстро указал Онвир головой на стойку с оружием в углу помещения, улыбнувшись неприятелю с оскалом, что-то произнес, и поток ветра начал сшибать все вокруг очертания круга, где был Роберт, дева неба и он. Онвир схватила меч и молнией пронеслась к двум серебряным. В шаге от них быстро крутанулась, ушла от атаки одного, будто струной обогнув меч противника, и сразу нанесла выпад снизу, опасный и непредсказуемый. Локти ее были прижаты ровно настолько, чтоб до них не добраться мечом, стойка в согнутых ногах, чтоб в любой момент она могла выстрелить всем телом вперед. Серебряный сначала даже не понял, что произошло, просто начал оседать на пол, у него было рассечено горло. Второй с ужасом наблюдал эту картину и замер на мгновение. Онвир двинулась дальше по контуру комнаты, но уже к подручным кучерявого. В это время Корнелиус как мог сдерживал своих бывших соратников по гильдии, но вскоре начал сдавать позиции. А Роберт наконец пришел в себя и медленно отполз к стене, как вдруг получил удар по спине от Сесила. Дева неба, увидев это, замедлилась, казалось, что в лице она ничуть не поменялась. Онвир ринулась на помощь, но ей преградили путь. Сесил продолжал колотить путника ногами и руками.
— Видишь, дружище, как она переживает за тебя. Думаешь, понравился, ан нет. Если ты умрешь, то и она тоже, — глаза Сесила горели и отражали лишь гнев.
Роберт, не обращая внимания на слова, понял, что Сесил почему-то не использует оружие, он терпел, пытаясь встать на ноги. Терпел, получая удары, и ждал момент. И неожиданно, в очередной раз падая, схватил кучерявого и повалил за собой, сильно зажав и вывернув тому руку, врезал со всей силы противнику в грудь. В отместку за все полученные удары он хотел попасть по лицу, но Сесил успел вывернуться. В отличие от него, Роберт не хотел вести с ним беседы, и при следующем ударе вообще прозвучало, что-то на непонятном языке. Что-то однозначно ругательное.
Тем временем действия ускорялись, меч девы был по гарду в крови. Из команды Сесила остались двое одаренных в фиолетовых одеяниях, и он сам. Остальные лежали замертво после встречи с черноволосой. В воздухе не переставая бушевали силы ветра, энергии и еще какие-то неведомые потоки. Стены гудели, пол трескался. Пальцы Корнелиуса уже тряслись, а из носа текла кровь. Но расклад боя поменялся. Роберт мертвой хваткой вцепился в противника и, прижав того к какой-то стойке, с яростью продолжал бить его свободной рукой. Один из фиолетовых опрометчиво отвлекся, и меч просвистел рядом с ним. Он попятился к стене, зажимая кровоточащую рану на груди. Второй после очередного взмаха руки Корнелиуса забился и упал на пол. Поток воздуха повредил ему уши и от болевого шока он уже не представлял угрозы.