- А кто ты? - спросила я, наблюдая за тем, как бережно он касался ватным шариком раны, хотя уже закончил работу.
- В каком смысле? – Не глядя на меня, он поднялся, чтобы выбросить использованную вату и убрать медикаменты. Когда снова оказался возле меня, в его руках был поднос с медицинскими ниткой и иглой, двумя таблетками, стаканом воды, большими пластырями и марлей. – Выпей, это обезболивающее.
Я взяла у него стакан и залпом выпила лекарство. Присев рядом, Арчи принялся осторожно зашивать рану на животе. Было больно и неприятно, но у меня не осталось сил, чтобы издавать звуки. Закончив с животом, он приклеил один из пластырей и замер. Поняв, что его остановило, я снова подняла поясницу. Арчи улыбнулся уголком губ и принялся оборачивать бинт вокруг моего тела. Затем проделал ту же процедуру с бедром. Его зашивать он не стал. Когда дело было сделано, он забрал у меня стакан и поставил на поднос возле кровати. Потянувшись за пледом, парень накрыл меня.
- Спасибо, - поблагодарила я. Он вздохнул, провел пятерней по волосам и посмотрел на меня.
- Не за что, - мягко ответил он. – И я Демон.
Я удивленно уставилась на него, чем вызвала легкий смех у парня. Мне понравилось.
- Ты пошутил?
- Нет, - он мотнул головой и, наклонившись ко мне, продемонстрировал, как могут гореть его глаза: в них несколько секунд полыхало красное пламя. Затем он моргнул, и огонь исчез. А лицо все еще было близко ко мне. – Ты, кстати, тоже на грани. Тебе это известно? – спросил он, отпрянув.
- В каком смысле?
- Ты можешь стать Демоном. Ты сейчас больше склоняешься к темной сущности, нежели светлой, - я вздрогнула от того, как Арчи посмотрел на меня. Он выглядел так, словно я разрушила все его надежды и мечты.
Внезапно мне показалось, что я осталась одна, брошенная всеми, в неизвестном месте, из которого нет выхода. Я не хотела становиться Демоном. Это не для меня. Раньше бы я так сказала со стопроцентной уверенностью, но теперь… может, это и для меня.
Я сморгнула подступившие слезы.
- Откуда ты знаешь? – спросила я и легла на здоровый бок, повернувшись к Наблюдателю спиной. Чуть свернулась калачиком, чтобы видеть его. Он напрягся и сцепил пальцы рук, уперев локти в колени. Парень не отвечал, поэтому я позвала:
- Арчи?
- Давай потом об этом поговорим? – резко вздохнул он. – Сейчас придет Бенни. Увидимся позже, - он поднялся с постели, но я схватила его за руку. Удивленно вскинув брови, Арчи посмотрел на меня.
- Извини, что накричала тогда на тебя. И спасибо… Арчи, - сказала я, глядя ему в глаза.
Он смотрел на меня какое-то время, а потом вздохнул, его плечи расслабились. Наклонился, чтобы убрать локон с моего лба и произнес:
- Не за что, Леви. Я же говорил, что буду присматривать за тобой, - Арчи тепло улыбнулся. – Ты пока будешь здесь. Так лучше для твоего восстановления. Я возьму твою одежду, чтобы привести ее в порядок, а через пару дней приду, чтобы вернуть. Хорошо?
Я слабо улыбнулась и кивнула. Отвернувшись, я прижалась к Альбе и закрыла глаза. Дверь тихо закрылась за Арчи, и я погрузилась в сон.
◙ 7◙
Проснулась я только к вечеру следующего дня. Голова кружилась, тело немного трясло после пережитого. Бенни, как потом стало известно, спал за прилавком, раз уж я спала в его кровати. Я несколько раз извинилась за это, но он лишь отмахивался и повторял, что ничего страшного в этом нет. Кстати, его кровать была больше и намного удобнее моей. После того, как Арчи доставил меня сюда, в свою конуру не особо хотелось возвращаться. Я задумалась о покупке нормальной постели - как минимум.
Два или три дня я не могла встать, постоянно проваливалась в сон. Если мне нужно было в туалет, приходил Бенни и помогал добраться. Еду и воду он приносил мне прямо в постель. Одежду тоже одолжил. Я ходила в его спортивных штанах и в одной из толстовок. Хоть они и висели мешком, зато были очень мягкими и чувствовала я себя более чем комфортно.
На четвертый день, ближе к ночи, когда более-менее освоилась и пришла в себя, я решилась задать несколько вопросов Бенни. Уж очень мне было интересно, а Арчи – это очевидно – в такие моменты немногословен, слишком много умалчивает. Мое любопытство таких испытаний не выдерживает.