- Слушай, - вспомнила я, - а у тебя здесь что, есть еще один душ?
- Да, - он кивнул. – Внизу.
- Внизу? – удивилась я. – Есть еще один этаж?
- Цокольный, - снова кивнул он. – Пойдем, покажу. Тебе надо переодеться в сухую одежду. Заодно, кстати, запустим все, что вчера купили.
Арчи посмотрел время на микроволновке, чтобы засечь, когда будет готово тесто. Я опешила. Часы показывали только начало восьмого. Во сколько же я проснулась?
Мы взяли пакеты, подошли к лестнице и завернули за нее. Она была так пристроена к стене, что я не заметила еще и спуск вниз.
- Тут слегка крутовато, дай руку, - сказал Арчи, ступив на первую ступеньку.
Он протянул ладонь, и я вложила в нее свою. Света не было, поэтому я полностью положилась на Арчи, ведь мое человеческое зрение не так помогает в темноте. У Ангелов и Демонов все чувства более обострены. Арчи спокойно спускался, лишь слегка медлил, чтобы я внезапно не рухнула на него. В конце лестницы он нащупал выключатель и загорелся свет. Оказывается, под лестницей был еще целый этаж. В левом углу большой комнаты были шкафы с книгами и… фортепиано?
- Ты играешь? – кивнула на инструмент. Арчи, улыбнувшись, качнул головой. – Тогда потом сыграешь мне что-нибудь.
- Обязательно, - усмехнулся он. – Но вообще я больше люблю гитару. Ее проще настраивать.
Лампочки, встроенные в потолок. Темно-серые стены. Черная плитка на полу и черный натяжной потолок. Интересное сочетание с фортепиано и белыми шкафами. Справа была дверь, видимо, в душевую. Также здесь был рабочий стол с компьютером.
Я отпустила руку Арчи и подошла к двери. Приоткрыв ее, заглянула внутрь.
- Обалдеть! - я обернулась, чтобы посмотреть на Арчи. Он скрестил руки на груди и усмехнулся.
На полу лежали длинные доски металлического цвета, на стенах большие квадратные блоки темно-коричневого цвета, а возле противоположной стены стояла душевая кабина черного цвета с прозрачными стеклянными дверцами. То есть, любой, кто зайдет сюда, спокойно сможет понять, кто тут моется. Я поежилась от мысли, что я буду мыться в этом душе, а Арчи будет где-то рядом.
Вдоль правой стены закреплена полка с крючками, возле нее туалет. А вот и вчерашняя одежда Арчи. Возле другой стены стояли стиральная машина, сложенная гладильная доска и сушилка. Рядом с ними высокая вешалка, на которой висели поглаженные рубашки разных оттенков. Я попробовала представить Арчи в какой-нибудь из них. На нем бы отлично смотрелась рубашка темно-сливового цвета.
- Ты их носишь? - спросила я, повернув голову, и вздрогнула, увидев, что Арчи стоит на пороге ванной. Он молча кивнул. - Когда? Их же тут, наверное, больше двадцати.
- На работу, - он пожал плечами. - Иногда могу просто так надеть.
- Надень как-нибудь, - улыбнулась я. - Мне очень интересно стало тебя увидеть в таком образе.
- Хорошо, - ответил он мне ленивой улыбкой.
Арчи снова выдал мне комплект своей домашней одежды, который лежал на стиральной машине, и вышел из комнаты, чтобы я могла переодеться. В этот раз серая футболка и синие штаны, их также пришлось подвязать. Потом мы достали вещи из пакетов и рассортировали на полу: белое в одну сторону, цветное – в другую. Я остановила взгляд на той самой футболке с черепом.
- Ты знаешь, как переводится то, что здесь написано? - Арчи указал кивком на футболку.
Я посмотрела на надпись и пожала плечами.
- Нет.
- Это латынь. Scio me nihil scire. Переводится как «я знаю, что ничего не знаю». Очень к месту сейчас, - усмехнулся он.
Я закатила глаза и насупилась. Это был намек на то, что Ангелы должны знать латынь, но мои знания, к сожалению, были далеки от идеала.
- Не злись. Вот тебе еще фраза на латыни: «Mea vita et anima es».
Он произнес это тихо и с таким благоговением, что я не смогла ничего ответить, а просто стояла, уставившись на него. Я поняла только слово «vita». Оно переводится как «жизнь».
- А что это значит? – тихо спросила я.
Арчи коснулся губами моих еще влажных волос и повернулся к стиральной машине, чтобы настроить режим.
- Потом узнаешь, - с улыбкой сказал он, взглянув на меня через плечо. – Думаю, тесто вот-вот уже подойдет.