Я спросила, скучает ли он по полетам. Арчи печально улыбнулся и сказал, что порой его накрывает воспоминаниями, но отшутился, что быстрая езда заменила ему полет. Я не поверила. Ничто не заменит полет на собственных крыльях.
Когда мы вернулись, дом был окутан сумерками, подсвечиваемый последними лучами солнца. Только мы вошли, как к нам рысцой подбежал Альба, но замер в метре от нас. Он уставился на меня, слегка склонив голову.
- Альба, это я, - мягко произнесла я, медленно опустившись на корточки.
Сервал бросил недоверчивый взгляд на Арчи, затем сделал шаг ко мне, чуть припав к полу. Шерсть на холке чуть приподнялась.
- У тебя, скорее всего, изменился запах, вот он и сбит с толку, - прокомментировал Арчи.
Я поджала губы, понимая, как питомцу сложно, но в итоге он все-таки подошел ко мне и понюхал протянутую ладонь. В голубых глазах мелькнуло узнавание, зрачки расширились и сервал боднул головой мою ладонь, затем прильнул к груди. Я обняла его и потрепала холку.
Из кухни гордым шагом вышел Пи-Джей и повторил все действия Альбы, только он не стал проявлять ласку. Я решила продемонстрировать свои крылья, и ящерка подскочила от испуга, чем вызвала у нас с Арчи хохот.
Мы поужинали и отправились наверх. Устроившись в постели, Арчи притянул меня к своей груди и крепко обнял. Я вдохнула его запах, блаженно улыбнулась и закрыла глаза.
- Я хотел кое-что тебе сказать, - тихо произнес он.
- Да?
- Я думал, после возвращения в состояние Ангела ты станешь другой. Духовность может очень сильно влиять на поведение и это нормально, но я ошибся. Ты выглядишь как Ангел, энергия у тебя как у Ангела, но ты осталась той же Леви, какой я тебя первый раз увидел. И, честно говоря, я так рад этому…
- Арчи… - я открыла глаза и посмотрела на него. – Я же говорила, что при любом раскладе останусь с тобой.
- Я люблю тебя, Леви, - сказал он с хрипотцой в голосе, глядя мне в глаза. Я замерла от услышанного. Да, он говорил, что влюблен в меня, но эти слова он не произносил. Меня точно током прошибло и я вздрогнула.
- Я тоже тебя люблю, - я положила ладонь на его щеку, погладила ее большим пальцем, а затем приподнялась и оставила поцелуй на его губах.
◙ 25 ◙ (заключительная)
После возвращения крыльев и нимба мне пришлось заново привыкать к тому состоянию, в котором я прожила всю жизнь до потери Духовности. Я снова стала сильной, быстрой, более чуткой ко всему, что меня окружает. Арчи настаивал, чтобы я поднялась на Небеса и обозначила свое возвращение. Для меня это оказалось не таким уж и простым делом. Долго не могла решиться на это и пересилила себя только через месяц, ведь я сама пошла на то, чтобы стать человеком. По моему мнению, я совершила ошибку, хоть и приобрела опыт, который при других обстоятельствах я бы вряд ли получила.
Вернувшись домой, я ожидала, что никто не заметит моего отсутствия, так как я не занимала какую-либо должность, но оказалась неправа. Ангелы узнали, что произошло, и вели за мной слежку на Земле. Я не видела, но иногда рядом со мной мог идти один из них, притворившись человеком. Как оказалось, они даже наведались к Ванессе, чтобы узнать ее мнение по поводу моей ситуации. Та, конечно, была не в восторге, что они ворвались в ее дом, но честно высказалась о том, что это был мой выбор. Значит, так должно было случиться и они не имели права вмешиваться, если только я бы не попросила о помощи.
Верховных заинтересовал мой случай. Мне сказали, что такое уже случалось, но обычно, оставшись без высших сил, Ангелы плохо заканчивали, столкнувшись с Демонами. Я же, по их словам, проявила себя как боец.
- Я считаю, она достойна повышения.
Все обернулись.
В залу вошел Верховный Ангел и мои глаза округлились. Это был Митчелл. Он выглядел иначе: на нем был светло-серый костюм, волосы собраны в опрятный хвост на затылке, а неряшливая борода стала причесанной и аккуратно подстриженной. Передо мной стоял не чудаковатый дед, а статный мужчина с большим опытом за плечами.
Верховные прислушались и, после недолгого обсуждения, назначили меня Ангелом второго уровня – Господствией[1]. Теперь я могла напрямую «вмешиваться» в судьбы людей и помогать им сделать выбор, если они стояли на распутье. Верховные решили так: раз мне всегда были интересны люди с их укладом жизни, то почему бы не связать мою должность напрямую с ними?