В отличие от Ли-фанны, больше всего пускавшей в ход свое главное умение - уклоняться от ударов, Тарлиан придерживался тактики «лучшая защита - это нападение». В одиночку, правда, против пятерых сильно мечом не помашешь... Но юноша уворачивался, как мог, стараясь попутно применять хоть какие-то приемчики. И, кажется, ему даже удалось несильно ранить двоих из напавшей на него пятерки. Но, хотя их движения и стали чуть более медленными, на легионерское мастерство владения клинком это, увы, никак не повлияло. Очень скоро Тарлиана взяли-таки в кольцо. И в этот раз на помощь прийти было некому...
Похоже, его собирались прикончить на месте: ну еще бы! Он ведь не сверх, так зачем тогда он нужен Легиону?
Когда его окружили, до него начал доходить страшный смысл слова «конец». Смысл настоящий и единственно возможный. Потому что это был именно конец: страшный, неостановимый и неизменимый. Как Легион. Как сама Смерть.
Но Тарлиан не был бы настоящим рыцарем Феникса, если бы так просто сложил оружие. Нет уж! Раз уж он Феникс, то он обязан стоять до последнего, чего бы ему это ни стоило!
Легионер, стоящий прямо перед ним, занес свой тяжеленный двуручный обсидиановый меч для решающего удара. Ослепительно сверкнуло волнистое лезвие в яркой вспышке света... стоп, а откуда взялся свет? Думать об этом совершенно не было времени. Тарлиан ушел от удара влево - надо сказать, что это было весьма проблематично: остальные четверо-то тоже истуканами не стояли! Юношу едва не пронзили четыре клинка, а пятый обрушился сверху: какие-то два сантиметра спасли ему жизнь. Но все-таки не совсем...
Уклониться сразу от пяти ударов - это надо постараться. Тарлиан, конечно, никогда особой ловкостью не отличался, но ведь раньше от нее никогда не зависела его жизнь!
Двигаться надо было молниеносно, а времени на обдумывание своих действий, разумеется, не было. Поэтому Тарлиан сделал первое, что пришло ему в голову: уклоняясь от сокрушительного удара, нацеленного точно ему в голову, он постарался максимально приблизиться к другому легионеру, нацелившему свой клинок ему в живот. И, как это ни удивительно, его план удался: кто-то из легионеров всадил свой меч прямо промеж пластин доспехов своего товарища, так что один легионер точно выбыл из строя. Вот тут-то бы Тарлиану вырваться из окружения, да разделаться как-нибудь с остальными, но... как оказалось спустя секунду, его все-таки задели - обсидиановый меч оставил на плече крохотную царапинку, но и этого было более чем достаточно... А все потому, что магический обсидиан, из которого и сделаны мечи и доспехи легионеров, обладает одним очень неприятным свойством: он вытягивает силы, «вампирит» тех, против кого его направит хозяин.
И вот эта чудовищная, разрушительная ила обсидиана оказалась направлена против Тарлиана. Рука сразу почти перестала слушаться, так что пришлось взять меч левой рукой, что все-таки не очень удобно. И именно в этот момент лезвие его меча само собой вспыхнуло наконец ярким оранжевым пламенем!
Тарлиан воспрянул было духом, но эти легионеры, в отличие от тех, с кем он сражался в башне Знаний, огня боялись гораздо меньше. Во всяком случае, они были твердо намерены продолжать наступление на Тарлиана.
***
Эван, как только легионеры получили приказ к сражению, сразу попытался оказаться поближе к Альноре. Хотя в сражениях у нее и имелся кое-какой опыт, его явно бы не хватило для битвы сразу с пятью легионерами, как уже наглядно показал бой в башне Знаний. Рассчитывать же, что враги позволят ей использовать главное свое оружие - сверхмагию - было бы по меньшей мере неразумно.
За Ли-фанну Эван переживал почему-то куда меньше. Он видел, на что она способна в бою, и ясно понимал, что, несмотря на свою неопытность и некоторую неуверенность, эта девушка не пропадет.
Итак, стоя плечом к плечу, Эван и Альнора приготовились отразить атаку по меньшей мере десяти легионеров. Но было их - вот странно! - всего восемь, и Эван был уверен, что не ошибся. Уж что-что, а считать он умел прекрасно.
Разумеется, их тоже попытались окружить... но Эван ведь не зря был лучшим учеником Дарминорской академии Феникса! Легионерскую тактику они в академии проходили, и Эван, надо сказать, в ее изучении преуспел.
- Ты слева, я справа, - шепнул он Альке. Та кивнула: поняла. Ну еще бы - сколько раз проделывали этот маневр на тренировках в академии!
- Раз... два... три! - тихо скомандовал Эван, и они с Алькой, повернувшись в разные стороны, кинулись прямо на легионеров.
Те, разумеется, не ожидали такой наглости от двоих подростков, которых даже за серьезных противников не считали. Так что, благодаря эффекту неожиданности Эвану даже удалось сбить с ног легионера, который был куда больше и тяжелее него! А зная, как трудно подняться на ноги в таких тяжелых доспехах без чьей-либо помощи, Эван даже не усомнился в том, что этот их противник выбыл из строя достаточно надолго.
Альке удалось выбиться из окружения исключительно благодаря своей ловкости и увертливости. Но, проскользнув между двумя легионерами, она, к сожалению, не смогла остаться незамеченной. Трое легионеров, которых Эвану отвлечь не удалось, дружно повернулись в ее сторону. Альке ничего не оставалось, кроме как встать в боевую позицию с рапирой наизготовку. Хорошо еще, Эван вовремя подоспел на помощь, кое-как отвязавшись от преследователей. А вдвоем сражаться, пусть даже и со множеством сильных противников, куда сподручнее. И как-то очень уж легко выходило сражаться с восьмеркой сильных легионеров.
В пылу боя ни Алька, ни Эван не заметили, что их потихоньку заманивали в узкую перемычку между их теперь уже шестью противниками - Эвану как-то удалось вырубить еще одного легионера - и «резервным» оцеплением. В общем, ловушка, подстроенная Легионом для наших друзей, была пугающе простой и до ужаса действенной. А самое плохое, что заметили они ее, когда она уже почти захлопнулась...
...Когда сзади на них начали наступать «резервные» легионеры, Альнора поняла, что уже слишком поздно. Она попыталась хоть как-то воспользоваться сверхмагией, сотворить ослепляющую вспышку света - это был ее любимый прием, который не сработал лишь однажды - в башне Знаний. На этот раз заклинание подействовало, но легионерам, похоже, было все равно. «Обсидиан! - запоздало вспомнила Алька. - Он ведь ослабляет действие сверхмагии...» Эта мысль была последней, которую она успела додумать - те легионеры, которые подступали к ним сзади, просто вырубили девушку, так что она рухнула на землю без сознания. А спустя некоторое время к ней присоединился и Эван, который храбро и даже отчаянно сражался до последнего. Но слишком уж много у него было противников...
***
Когда на тебя нападает полностью вооруженный легионер, а с боков подступают еще четверо, это, мягко говоря, не очень приятно. Мало того, что неприятно, это еще и страшно. Хотя Ли-фанне страшно вовсе не было.
Легионеру, который продолжал атаковать ее, видимо, неудобно было держать меч левой рукой. Из-за этого некоторые удары у него выходили как-то очень уж неуклюже. Ли-фанна даже заподозрила что-то: слишком уж легко было уходить от его атак. И ее упорно пытались заманить поближе к окружению. Но каким-то шестым, а то и седьмым чувством она понимала, что не стоит следовать за легионерами, что это ловушка.
Враги, кажется, поняли, что имеют дело со слишком проницательным противником, и просто накинулись на девушку всей оравой. Ли-фанна взмахнула рапирой вокруг себя, больше от отчаяния, чем от расчета на то, что это как-то подействует на легионеров. Но где-то на полукруге лезвие ее рапиры случайно поймало лучик света: как раз в этот момент Алька пыталась вспышкой ослепить легионеров. И вот что странно: если Альнора не произвела никакого впечатления на окружающих ее легионеров, то противник Ли-фанны как-то очень уж синхронно расступились. Девушка оказалась стоящей со вскинутым клинком в руке посреди кольца воинов в черных доспехах.
Ей почему-то послышалось, что враги о чем-то перешептываются между собой. Хотя как можно переговариваться, когда лица у собеседников закрывают забрала шлемов?