Все пришельцы уже лежали на земле, а тех из них, что ещё двигались, добивали бойцы Тетры. Всё ещё охваченный огнём, я стоял на месте, не зная, что мне теперь делать, куда деть свою ярость.
Выстрелы смолкли. Люди, осмотрев поле боя и, судя по всему, узнав меня, один за другим выстроились вокруг лежащего под моими ногами пришельца. Место столкновения погрузилось в тишину, один только ветер продолжал шипеть, создавая яркий контраст с только что закончившейся перестрелкой.
Паузу прервал невысокий и, наверняка, совсем молодой снайпер, который выразительно посмотрел по сторонам и, шагнув вперёд, поднял левую руку в перчатке в мою сторону, сжал её в кулак и громко крикнул:
–
Хоу!
Остальные рывком повторили его жест и хором прогремели:
–
ХО-ОУ!
Я поднял сжатую в кулак левую руку в ответ, показывая, что разделяю гордость победой. Довольные, бойцы начали суетиться, менять магазины, отряхивать с одежды пыль, подбирать разбросанное оружие и помогать раненым.
–
Высший! – шипящий в рации голос Поэта лучился радостью, но я сразу почувствовал в нём некую затаённость. – Да.
–
Тут есть дело… это связано с кораблём пришельцев… Вам стоит на это посмотреть!
–
Направление! – я с готовностью заткнул нож за пояс.
–
Четыре часа. Гранатомётчики ещё не стреляли?
Я быстро нашёл глазами бойцов с тяжёлыми пушками:
–
Нет, обе ракеты на месте.
–
Хорошо. – он повысил голос. – Морс, цельтесь: пятьдесят двести двадцать метров.
–
Что там? – я чувствовал, что настроение на другом конце канала быстро меняется. Поэт видел нечто. Что-то, чего пока ещё не видели Мы…
Позорная тайна
-
Высший!
По голосу я узнал в подбегающей женщине Кобру.
–
Потери!?
Она резко остановилась и на пару секунд замялась, как будто ждала от меня совсем другого вопроса.
–
Семь человек, четверо раненых.
–
С ранеными оставим трёх бойцов, плюс одного снайпера, остальные идут в направлении корабля пришельцев.
–
Поняла. – женщина нерешительно повернулась и, замерев на мгновение, словно определяясь, озвучить мне свои мысли или нет, побежала раздавать указания. Оставшись один, я снова приложил руку к рации:
–
Поэт, Ты слышишь?
–
Да! – донеслось с того конца.
–
Что скажешь?
–
Собаки Легиона подходят к кораблю, пытаемся рассмотреть, что там. Высший, мне кажется, внутри сидят ещё пауки!
–
Понял, будем на чеку. Держи меня в курсе!
Задумчиво опустив руку, я медленно повернулся, осматривая поле боя, и вдруг наткнулся глазами на Кобру, беззвучно подошедшую ко мне в упор сбоку.
–
Мы готовы!
–
Это всё!? – я немного наклонил голову к ней, давая понять, что заметил её внутренние сомнения и готов их выслушать.
–
Да. – в словах Кобры, как и в её движениях, появилась былая жёсткость, однако я в неё поверил не до конца. Что-то мешало ей сосредоточиться, но воительница, похоже, решила, что это может и подождать. Оставалось только надеяться, что она действительно сможет отложить решение своей проблемы до более подходящих времён.
–
Ладно. – я повысил голос, чтобы меня услышали все. – Идём!
Бойцы Тетры, как один, лёгким бегом двинулись в указанном Поэтом направлении, на ходу рассредотачиваясь клином. Выбрав себе место около снайпера, периодически посматривающего вперёд через набитый сенсорами прицел, я внимательно прислушался к ощущениям. Корабль пришельцев был совсем рядом, и исходящие от него тяжёлые энергетические волны говорили о том, что устроен он крайне сложно. Проблема заключалась в том, что я никак не мог подобрать хоть сколько-нибудь близкий аналог – мне просто не с чем было его сравнить, а равно и понять, что он собой представляет.
Идущий рядом со мной снайпер, в очередной раз посмотрев через прицел, торопливо поднял левую руку и поманил меня.
Остановившись рядом с ним, я устремил взгляд в том же направлении, что и он, но ничего, кроме пыли, естественно, не рассмотрел.
–
Что там?
–
Вижу корабль и собак Легиона.
–
Далеко? – я снова всмотрелся в стену пыли.
–
Метров семьдесят. Проблема в другом. – боец оторвал глаз от прицела и протянул мне винтовку. – Посмотрите!
Опустив автомат на ремне, я взял длинноствольное оружие и приложился к оптике. С непривычки я не сразу понял, что вижу, но уже через пару мгновений разобрался. Прицел работал, как эхолокатор: посылал сигнал и, принимая его отражение, строил картинку. Неудобство заключалось в том, что пространство отрисовывалось узкими, очень быстро двигающимися волнами. Сначала проявлялись ближайшие поверхности объектов, затем они исчезали, сменяясь средней частью, потом дальней, после чего объект исчезал и начинал вычерчиваться другой, более удалённый.
В бледно-синих мутных волновых картинках я не без труда разглядел собак, чьи силуэты сильно искажались сенсором. Они словно расплывались, превращаясь в почти бесформенные движущиеся пятна. Что касается корабля пришельцев, то его я не видел вообще. А должен был.
–
Очевидно, проблема не в буре? – я отвёл глаз от оптики и вернул винтовку её законному владельцу.
–
Да, это поле помех. Наверняка, генерируется кораблём.
Я хотел было напомнить снайперу, что этот летающий объект является органической структурой и уметь ставить помехи не должен, как вдруг громко зашипела рация. Нащупывая кнопку понижения громкости, я краем глаза заметил, что другие бойцы делают то же самое.
–
Нас глушат! – снайпер тихо щёлкнул выключателем рации и, снова направив винтовку в сторону корабля, прижался к прицелу.
В беззвучно шумевшем наушнике послышался голос, однако фон был настолько сильным, что невозможно было разобрать ни слова.
–
Поле заметно усилилось, я ничего не вижу. Вообще ничего. – снайпер опустил винтовку и раздражённо сжал зубы.
Я поднял левую руку, помахивая ею назад. К счастью, мои люди уже сообразили, что единственный оставшийся у Нас способ связи – визуальный, и держали меня в поле зрения. Инстинктивно стараясь двигаться как можно тише, они тут же начали поочерёдно, не спуская глаз с того места, где должен располагаться корабль пришельцев, отступать назад. Нервное напряжение быстро нарастало и, как на зло, надумала утихать буря. Горячий ветер, ранее толкавший Нас в спину, стал ослабевать, а пыль в воздухе значительно поредела. Это было совсем некстати – в пустыне спрятаться негде, а, учитывая, что у Нас нет связи с Легионом и Тетрой, и Мы не знаем, что представляет собой корабль противника, пыль, возможно, единственное, что спасает Нас от гибели.
В напряжённой тишине отступления, наполненной лишь однообразными осторожными перебежками, время тянулось бесконечно медленно. Я был практически уверен в том, что Мы уже заблудились, однако, спустя целую вечность, на песке всё же появились пятна синей и красной крови, а следом за ними и трупы пауков. Ещё издалека я рассмотрел среди них группу Наших: миномётчиков, раненых и тех, кто с ними остался. Увидев, что Мы возвращаемся, они поднялись с земли и, двое из них двинулись Нам навстречу.
–
В чём дело, Высший!? Рации не работают и… – бойцы резко остановились, не доходя до Нас нескольких шагов.
Из-за того, что они были в масках и очках, я не сразу понял, в чём дело, но тут по земле прошёл толчок от тяжёлого удара где-то сзади, и до меня дошло, что они смотрят Нам за спину. Обернувшись и приготовившись стрелять во что бы то ни было, я начал бегать взглядом по непроглядной пыли, но ничего, кроме облаков песка, так и не увидел.
–
Сверху! – громко подсказал кто-то.
Я поднял взгляд и тут же отшатнулся назад: на высоте метров в пятнадцать проглядывался огромного размера тёмный бесформенный силуэт. Нижняя его часть скрывалась в пыли, видно, подхваченный ветром песок стелился у самой земли, а до верхних слоёв доходил в гораздо меньшем количестве. От зрелища нового врага, ещё и такого размера, по моему телу прошла густая волна адреналина, колко осевшая в задней части головы. Массивная фигура, тем временем, качнулась влево, и тут же мне в ноги ударил новый толчок. Гигант шагал!