— Да хотя бы для того, чтобы не свести меня с ума, — хрипло произнёс маркиз. От одного лишь прикосновения к гибкому телу жены в нём вспыхнуло неконтролируемое желание. — Вернёмся в спальню.
Громкий стук в дверь грубо нарушил все его планы на приятное времяпрепровождение.
— Ваше сиятельство! Ваше сиятельство! Вы здесь? К вам посыльный от Его величества! Вас срочно вызывают к королю!
Лилиана решительно отстранилась от мужа, поскольку отпускать её от себя он не хотел.
— Войди, — разрешил слуге Виктор и с надеждой поинтересовался: — Ты ничего не перепутал? Может, тебе нужен мой отец?
Слуга молча протянул маркизу записку с королевской печатью. Пробежав глазами по строчкам, Стейн чертыхнулся, поцеловал жене руку и быстрым шагом вышел за дверь. Пожав плечами, Лилиана вернулась за стол. Ей надо было ещё закончить пару эскизов, а потом попытаться выяснить причину мужнина интереса к её особым дням.
Глава 16
— Так и знал, что это ты, Рэй.
— Ну, и чего тогда вырядился?
— На письме стояла королевская печать.
— Мне не составило труда ею воспользоваться. Ты не представляешь, какая скучища эти придворные балы. Я плюнул на всё и ушёл с середины. Отец был крайне недоволен.
— Видимо, поэтому ты сегодня ни свет, ни заря на ногах.
— Ты так ворчишь, словно я вытащил тебя из постели хорошенькой женщины.
— Так и есть.
— Кто она?
— Моя жена.
Разговор происходил в восточном флигеле загородного дворца королевской семьи, где жил наследник престола, когда приезжал в Йордан. Большую часть своего времени Рейман проводил в Асконии у деда и бабки, родителей матери. С маркизом наследник сдружился ещё в подростковом возрасте, привлечённый прямотой Виктора в высказываниях и полным отсутствием подобострастия перед Его высочеством. Однажды мальчишки даже сильно подрались и поразбивали друг другу носы из-за одной привлекательной особы. Девчонка оказалась пустголовой кокеткой, а Виктор и Рэйман, получившие хорошие нагоняи каждый от своих родителей, на этой почве стали лучшими друзьями и были не разлей вода целый год. Затем принца отправили в Асконию. Вик же узнал о своей настоящей матери и попал под влияние Нейтона. В дальнейшем они с наследником виделись лишь урывками, однако зародившиеся в детстве дружеские чувства со временем не угасли.
Принц был плотнее маркиза, коренастее, шире в плечах. Голубоглазый симпатичный блондин с детской улыбкой и ямочками на щеках, он очень походил на свою мать-асконийку — такой же круглолицый, с большими глазами, окружёнными густыми прямыми ресницами, делавшими его взгляд обманчиво мягким и ласковым. Рей был небрежно одет в рубашку, расстегнутую на груди, штаны и домашние туфли. Одежда была мятой. Похоже, вчера принцу было лень раздеться перед сном.
— Ты снова женился?! — удивился Рейман. — На ком? На этой финтифлюшке Лакруа, которую так настойчиво прочил тебе в жёны отец?
— Нет.
— Когда познакомишь?
— Послезавтра она будет представлена ко двору.
— Это долго. Я хочу видеть женщину, от которой тебе так трудно было оторваться, чтобы встретиться с другом. Давай сделаем тайную вылазку в город, пока Их величества отсыпаются после вчерашнего.
— Тебе снова захотелось опасных приключений? — усмехнулся Виктор. — В прошлый раз нас чуть не побили камнями.
— Просто какая-то жадная торговка попалась. Пирожок пожалела.
— Три.
— Какая разница. Я хочу неофициально познакомиться с твоей женой. Только не говори ей, кто я.
— А ты не одевайся свинопасом.
— Нет. На этот раз я буду бедствующим дворянином, обратившимся за помощью к благородному маркизу. Пусть твоя жена восхитится добротой и щедростью своего ненаглядного супруга.
— Если откажусь?
— Ты всегда сначала отказываешься. Ворчишь, фыркаешь, а потом тебя же и не остановишь. Ладно, я одеваться. Надеюсь, твоя жена нас накормит? А то я ещё не завтракал. Ты пока придумай, как улизнуть от личной стражи.
Конечно, следовало отпроситься у мужа. Но Виктор так торопился, что она не стала его задерживать. Скорее всего, он был бы против её визита к сестре. Лилиана оделась, позавтракала и приказала подать экипаж. Элен и Оскар до сих пор отдыхали в своих спальнях.
— Скажешь, что я уехала к баронессе Эдвер, — наказала мажордому Лил, прежде чем покинуть дом.
Тучи выплакали за ночь весь запас дождя, и сквозь обрывки облаков грустно улыбалось осеннее солнце. Город уже давно проснулся и жужжал как растревоженный улей. По улицам сновали торговцы с лотками, тележками, полными разнообразных мелких товаров и снеди. Тут и там яркими пятнышками в толпе выделялись цветочницы с букетами. Телеги, экипажи, верховые… Лилиана выглядывала из окна кареты, с интересом наблюдая бурную столичную жизнь. На углу улицы, когда экипаж, поворачивая, замедлил ход, какой-то проворный паренёк в оборванной одежде сунул ей в окно листок бумаги с памфлетом на любвеобильного короля. Лилиана от души посмеялась над заковыристыми рифмами остроязычного стихоплёта. Досталось в памфлете и наследному принцу Рейману за то, что тот практически не бывает на родине, то ли опасаясь собственного батюшку, то ли окончательно продавшись Асконии.