— Если вы имеете в виду, что я не умею играть в великосветские игры и выстраивать интриги, подобные вашим — жениться ради изощрённой мести, то да, я — глупа, — в тон мужу холодно ответила Лил. — Я не спешу разочаровываться в людях и делать выводы на показаниях одного-единственного свидетеля. Я просто хотела наедине спросить Мари о причинах её поступка, и до последнего надеялась, что она сможет оправдаться.
— Судя по всему, в сестре вы окончательно разочаровались, — проницательно заметил Виктор, подходя к жене.
— Да, и я этим сильно расстроена. Прошу простить меня за своевольный поступок. Но мне кажется, я не заслуживаю того тона, каким вы со мной разговариваете.
— Я ваш муж и имею полное право на подобный тон.
— Неужели таковы отношения между мужчиной и женщиной в настоящем браке? — горько усмехнулась Лил. — Тогда сегодня я разочаровалась не только в сестре. Спокойной ночи.
Присев в реверансе, девушка шагнула в сторону двери.
— Лилиана! — маркиз попытался удержать жену за руку.
— Не прикасайтесь ко мне, милорд, а то рискуете заразиться добротой, наивностью и глупостью.
Лил вышла из кабинета. На полпути к лестнице её догнал Вик, схватил за плечи, развернул к себе.
— Мы ещё не закончили наш разговор.
Девушка вздохнула и подняла на мужа глаза — два бездонных голубых омута, на донышке которых затаилась грусть.
— Я итак полностью в вашей власти. Что вы ещё хотите?
— Ненавижу, когда не могу что-то контролировать, — неожиданно признался муж. — Тебя я контролировать не в состоянии. Я никогда не знаю, что ты можешь выкинуть в следующий момент. Другие мужья спокойно уезжают из дома, зная, чем будет заниматься их жена. У меня же сердце не на месте. Вдруг ты снова сломя голову помчишься кого-нибудь спасать? Начнёшь строить школу или приют, рискуя быть придавленной балкой? Приветишь очередного опального герцога. Ладно, хоть король помиловал Каунти…
— Милорд, я такая, какая есть. В чём-то я готова меняться, но не в этом. Единственный выход для вас — дождаться окончания года и избавиться от неугодной жены. Но, кажется, вы и так это понимаете.
Лил повела плечами, сбрасывая руки Виктора и стремительно начала подниматься вверх по лестнице.
— Что ты имеешь в виду? — снова остановил её муж.
Не оборачиваясь, Лилиана твёрдым голосом произнесла:
— Высчитываете дни, чтобы я не зачала вам наследника. Видимо, для такой важной цели вы присмотрели себе более подходящую кандидатуру. Я не в обиде, милорд. Просто, почему бы вам не быть со мной честным? Ведь я не против развода.
Его жена сама на себя не походила. Добрая, милая, вечно смеющаяся девочка вдруг превратилась в хладнокровную, отстраненную от жизни даму. Такой была Элен, пока не наладились их взаимоотношения с Оскаром. Внезапно Вик осознал, что ему не нравится подобное поведение Лил, хотя на словах он желал именно этого. Пусть лучше своевольничает, дурачиться, смеётся, будет сама собой, но не превращается в чопорную, закованную в нормы приличия, равнодушную светскую леди.
— Что ты там себе напридумывала? И кто такой добрый просветил тебя относительно зачатия?
Сказав это, маркиз подхватил жену на руки и, словно, не ощущая её веса, пробежал оставшиеся ступеньки и направился в свою спальню.
— Что вы собираетесь делать? — обхватив мужа за шею, взволнованно спросила Лил.
— Любить свою жену. Уж на это-то я точно имею полное право.
Глава 17
Лилиана потянулась под рукой Виктора, нисколько не смущаясь своего обнажённого тела. В хорошо протопленной комнате было тепло, даже жарко. Горящие свечи в массивном кованом подсвечнике мягко золотили тела отдыхающих после бурного соития супругов. Ссора настолько усилила страсть, что, не справившись с застёжками, маркиз разорвал на жене платье. Сегодня, как никогда, он был благодарен Лил за её нелюбовь к корсетам.
— Какая же ты сладкая, — нежно целуя девушку в губы, прошептал Виктор.
В ответ она тихо рассмеялась.
— Вероятно, вы голодны, раз пробуете меня на вкус?
— Ты права, — маркиз приподнялся на локте и протянул руку к висящему в изголовье кровати шнурку сонетки — колокольчика для вызова слуг.
— Не надо, — остановила мужа Лил.
— Почему?
Девушка зарделась.
— Мне стыдно. Я так громко стонала и даже кричала, что не смогу сейчас смотреть прислуге в глаза.
— А ты не смотри, — ласково проведя пальцами по горящей румянцем щеке жены и задержавшись на припухших от поцелуев губах, предложил Виктор.